— Фейроника, все в порядке? — лиран спрыгнул с гарда и тут же направился ко мне. — Как ты оказалась тут одна?

— Это долгая история. Ты умеешь управлять повозкой? Можешь вернуть меня в Муравейник?

— Конечно. Ты не ранена?

— Нет, — я понемногу расслаблялась, — все в порядке. Спасибо тебе.

Крегерх помог мне взобраться в коляску, привязал своего гарда позади, и мы тронулись в обратный путь.

— Мы так ни разу и не поговорили, с момента, как я вернулся из Рекфраса. Неужели ты не скучала по мне? — поинтересовался Крегерх, кладя руку мне на колено.

Довольно резко убрала его ладонь.

— Что ты находишь в такой жизни? Для чего тебе все это? Живешь со старым брюзгливым лираном и двумя ольфами-недоучками. Наместник и тот предпочел другую. Я же могу устроить твою жизнь, сделать ее беззаботной. Мы найдем хороший дом в Рекфрасе, сама выберешь себе пару служанок, можешь даже дружить с ними, если хочешь!

— Крегерх, я не понимаю, к чему этот разговор. Мне не нужен дом в Рекфрасе, не нужна другая жизнь. Меня устраивает моя! А еще я не хочу выслушивать оскорбления в адрес своих друзей. Крегерх, давай по-честному. Ты очень помог мне в свое время, я тебя уже благодарила и готова повторить. Спасибо. Но на этом все. Теперь наши отношения носят исключительно деловой характер. Ты на службе каана, я в каком-то смысле тоже. Сейчас мы вынуждены взаимодействовать, но лишь по работе.

— Неужели ты всерьез надеешься на Рейнхарда? — лиран фыркнул. — Очнись, Фейроника! Он брат каана, тебе с ним не светит абсолютно ничего! Я же предлагаю не просто связь, я предлагаю пройти обряд в храме Скайхарена. Я буду только твой, тебе не о чем будет переживать!

— Крегерх, с чего ты взял, что я хочу чего-то подобного? По-моему, я ни разу не дала повода так думать.

— Фейроника, ты мне нравишься. Ладно, не хочешь в Рекфрасе, выбери любой другой город. — Сделал щедрое предложение лиран.

— Останови! — потребовала я. — Не хочу все это слушать! Лучше пойду дальше пешком.

Крегерх резко дернул поводья, коляска встала. Он соскочил, вихрем оббежал повозку и рывком стащил меня с нее.

— Чего еще ты хочешь? — вдруг закричал всегда сдержанный и невозмутимый лиран. Что еще я должен для тебя сделать? Я уже был у каана, просил разрешения на обряд с человеком! Понимаешь, весь двор теперь надо мной смеется. Обрядов с людьми не было тысячу лет!

— Да разве ж я просила о чем-то подобном? — в миг завелась я. — Если бы ты хоть слово сказал о своих планах, я смогла бы тебя отговорить. Ты же поступил, как сам счел верным. Между нами ничего нет, с чего вдруг такие просьбы к каану?

— Ах нет? — Лиран схватил меня за руку и куда-то потащил. — Всю душу наизнанку мне вывернула! Больше так не могу! Хватит! Просто хватит! — он продолжал меня тащить за руку.

— Крегерх, остановись! Мне больно! Крегерх! Да пусти ты меня! — никакие попытки вырваться не имели успеха.

— Не могу, больше не могу, — продолжал исступленно бормотать Крегерх, оттаскивая меня от коляски все дальше.

— Ну куда ты меня тащишь? Куда? — продолжая отчаянно вырываться, вновь и вновь спрашивала я.

— Ты что, правда не понимаешь?! — резко остановившись, прорычал лиран. — Я больше не могу бороться! Я подавлял себя слишком долго, больше не могу.

Крегерх прикрыл глаза, не выпуская моей руки. О, Боже! Его рука на моих глазах стала превращаться в лапу, огромную лапу, продолжающую меня удерживать. Мне стало страшно, по-настоящему страшно. Миг, и вот уже передо мной огромный черный лиран, придавливающий меня одной лапой к земле. На секунду я стала свободна, когда хищник, расправив крылья, ужасающе зарычал и выпустил столб огня в воздух. Что есть мочи я бросилась к гардам. До Талфа, рвущегося мне навстречу, оставалось шагов десять, когда огромные лапы подхватили меня под грудью, и мы взмыли в воздух.

Это был кошмар. Я не представляла, на что способен зверь в таком состоянии и, честно говоря, боялась, что он может меня отпустить где-нибудь высоко над землей. Лиран несся, рассекая воздух с огромной скоростью. Очень быстро я замерзла, зуб на зуб не попадал не только от холода, но и от страха. Мы летели всю ночь, и все это время я была в предобморочном состоянии. Наконец, когда небо уже стало светлеть, лиран начал снижаться. Местность была скальная и гористая, нигде поблизости не видно жилья. Подлетев к выступу в огромной скале высоко над землей, ящер приземлился и занес меня внутрь, а сам улетел, оставив одну.

Облегчение? Ну уж нет! Я осталась одна непонятно где в темной холодной пещере. Теперь мне хотелось, чтобы он вернулся. Свернувшись калачиком и стараясь не прислушиваться к шорохам, постаралась заснуть недалеко от входа. Прекрасное платье абсолютно не грело. Лучше умереть, замерзнув во сне, — решила я. Вообще-то, по натуре я боец, но столько нервных клеток в последние часы потерял мой организм, что сил на борьбу просто не осталось. Когда проснулась, с удивлением обнаружила, что лежу на широкой шкуре, укрыта и неподалеку потрескивает огонь.