— Надеюсь ты понятливая и мне не придется применять силу, — обнимая себя обеими руками, иду к раковине, беру тряпку для пола, убираю воду, отжимаю, собираю корм, возвращаю формочки на место. Все это делаю автоматически, стараюсь не смотреть в сторону волосатого придурка.

Все это время кавказец наблюдает за мной молча и когда я заканчиваю с уборкой едва сдерживая раздражение приказывает:

— Шагай в ванну, — хочу возразить, но видя взгляд этого психа, иду мимо и закрываюсь изнутри. Негодование зудит под кожей. Набираю в ладони воду и несколько раз умываю лицо. В голове черная дыра, я ничего не могу вспомнить. Последнее что я помню это клуб, Боровиков, коктейли, и в завершении опять этот кавказец, который тащит меня к машине, потом пустота. Тру виски и осматриваю пространство. Отсюда я сбежать не могу: качественный ремонт, трубы вмонтированы в стены, окон нет.

Волосы неприятно пахнут сигаретами, со злостью скидываю одежду и встаю под душ. Тело расслабляется под теплыми струйками. Вспышки сознания, я в каком то помещении на огромной кровати, мне что-то вводят в вену. Жмурюсь, не понимая что из того что я вспоминаю плод моего воображения, а что правда. Расплывчатой вспышкой слова громилы: «Алан сказал доставить в гостиницу». Получается козлина передумал и вернул меня в квартиру? Злость вперемешку с унизительным чувством цепляют нутро.

Нехотя выключаю воду, выбираюсь из ванной, надеваю халат, сушу волосы, проигрывая в голове варианты диалога. Мне нужно что-то придумать и уйти.

Перед выходом смотрю на себя в зеркало: влажные пряди спускаются вниз до поясницы, болезненный взгляд и бледная кожа говорят о том что в клубе меня явно напоили какой то отравой.

Слезы текут по щекам.

Я была просто игрушкой, девочкой для секса не более того. Наивная, думала, что он меня любит.

Какая же дура! Теперь понятно, что козлина всегда рассматривал меня лишь как приятное времяпровождение.

Глотаю слезы, вытирая щеки тыльной стороной ладони. Я понимаю что слезы не решат моих проблем, но на душе горько и гадко!

Последние два дня я жила в предвкушении встречи Нового года, ждала и скучала по нему, представляла сотню раз как войдет в квартиру, а я с порога повисну у него на шее.

Грудную клетку сдавливает, ощущение что воздух не помещается в легкие. Трудно дышать. Я не хочу плакать, а слезы самопроизвольно льются и льются. Сползаю вдоль кафельной стенки и тихонько, чтобы громила не слышал, скулю словно побитая собака.

Вздрагиваю от внезапного шума, хлопок входной двери. Здесь нельзя давать волю слезам и слабости! Пытаюсь понять что случилось, тешу себя надеждами, что кавказец самоликвидируется, а значит у меня появится возможность сбежать.

Осторожно открываю дверь ванной, пытаясь понять обстановку, всматриваюсь в пространство.

Сердце гулко бьется в груди, знакомый запах Алана вперемешку с запахом сигарет заполняет легкие.

Балконная дверь приоткрыта и то что я вижу подтверждает мои догадки: громила и брат Айлин стоят спиной ко мне, курят, обсуждая что-то не громко. Пользуясь тем, что меня не видят, оборачиваюсь в поисках своих вещей. В голове паника, я не вижу даже обуви.

Черт, в чем мне тогда уйти?! Я больше никогда не хочу видеть этого придурка! И потом, мое состояние не стабильное, я готова ему выцарапать глаза за то что он так нагло использовал использовал мою доверчивость.

Громкое мяуканье, оборачиваюсь, Васька, трясет хвостом, ходит туда-сюда, трется о ногу, беру его на руки. Внутри меня мандраж.

— Расул я все равно узнаю, — мужчины открывая балконную дверь останавливаются, взгляд Алана направлен в мою сторону, кавказец отрешенно смотрит в сторону. Прижимаю Ваську ближе к себе.

— Свободен, — громила покидая квартиру меня игнорирует, будто я пустое место.

Стою не двигаясь.

Алан выглядит озабоченным, но мне вообще плевать что ему наговорил про меня этот грубиян.

Наконец, козлина "отлипает", делает шаг вперед не спешно идет в мою сторону.

Вжимаю Василия в себя, неосознанно делаю шаг назад. Его задумчивый взгляд скручивает внутренности в узелок, энергетика Алана Мимирханова меня бесит.

Упираюсь в стенку, Васька вырывается, спрыгивает на пол и исчезает. Мечтаю в этот самый момент телепортироваться как можно дальше в параллельную вселенную, лишь не видеть этот пытливый взгляд.

Алан подходит вплотную, по — хозяйски ставит руки по обе стороны от стены. Оказываюсь в ловушке, едва сдерживаю в себе приступ паники. Я больше не хочу чувствовать его так близко.

— Отойди от меня! — требую намеренно повышая голос? Бью ему кулаками в грудь, пытаюсь оттолкнуть, но все бесполезно, он стоит словно непробиваемая скала. Его скулы напряжены

— Я в херовом настроении, Алена, оставь свою истерику, — от его близости сердце в груди колотится так словно в меня вкололи огромную дозу адреналина. Внутри огромный ком и желание ужалить его в ответ больнее, уколоть, сделать так чтобы пресечь его грубость, но я будто беспомощная тряпка снова залипаю на его красивых глазах.