На лавочке недалеко сидело две бабушки, к счастью, к нам спиной. Зато девочка лет четырёх отбросила мячик, засунула палец в рот и смотрела на нас безотрывно, до тех пор пока не спустились с дерева. Хорошо, что крик не подняла.

Далее Анька решительно взяла меня за руку и сверившись с картой в телефоне потащила меня в полицию. Там все было не как в кино — серая плитка на полу, серые стены, обшарпанный кожзам на сиденьях в коридоре, зато на вахте стояла настоящая секс бомба, которая глядя на нас утомлённым взглядом потребовала паспорта.

— Мы совершенно не приспособлены к жизни во внешнем мире, — с тоской заявила Аня. — Мы ничего не знаем. Как ходить в полицию, как покупать квартиры, вообще ничего…

Мы сидели на лавочке у стены и ждали нашей очереди. Сильно пахло перегаром от мужчины, что спал на лавочке у соседней стены. Пересесть было некуда, мы слушали его заливистый храп вдыхая ароматы его тела. Мне хотелось уйти отсюда, но Анька, словно понимая моё состояние так крепко держала меня за руку, что наши ладони немного взмокли.

Наконец подошла наша очередь и Анька снова повела меня в кабинет за руку, как дитя. За столом сидел очередной юнец, с некоторых пор у меня на них аллергия, ещё от риэлтора не отошла.

— Рассказывайте, — велел он.

Как ни странно, мой рассказ получился коротким и лаконичным. Рассказывала я так, словно это меня не касалось, словно я просто пересказывала фильм, который мне не очень понравился, а полицейский просматривал наши бумаги, периодически отправляя их в ксерокс и хлопая на копии печати.

— Ну, это все, — закончила я.

— То есть, мне просто нужно найти человека, документов которого вы даже не видели, наверняка с выдуманным именем, деньги которому передали наличными?

— Да, — заявила Анька. — Это ваша работа. В конце концов как то же сняли они эту квартиру, значит надо допросить хозяйку. Камеры, в конце концов.

— Может вы сами справитесь? — разозлился парень и Анька заткнулась.

Вот чего для полиции не жалели, так это кондиционированного воздуха. Мы ужасно замёрзли и вышли на улицу постукивая зубами, не веря, что на улице лето в самом разгаре.

— Не будет от них толку, — покачала головой Анька. — Они похоже только в сериалах умные и смелые.

— Ты сама настояла, — пожала плечами я.

— Так нужно… может, мороженку?

— Не хочу, Ань.

Анька остановилась и дёрнула меня за руку. Чувствительно, даже в запястье что-то щёлкнуло.

— Когда она вернётся?

— Кто? — не поняла я.

— Моя Ася. Которая несмотря ни на что была сильной. Господи, ты умудрялась жить с удовольствием несмотря на свою тётю. Я люблю тебя Ась, но скажи пожалуйста, что этот период, он…он закончится.

— Я надеюсь, — тихо ответила я.

До самого дома мы шли молча. Бабушки все так же сидели к нам спиной, только вроде уже другие, поди разбери этих бабуль. Девочка с мячиком уже ушла.

— Я к тебе? — спросила подруга.

— Нет, скоро уже придёт тётя…

Мы обошли бабушек по широкой дуге и я замерла. За кустами уже отцветшей сирени стоял автомобиль. Чёрный. Хищный. Вытянутый. Совершенно не подходящий к нашему двору, слишком роскошный. Такой, как у Вадима. У меня сердце ухнуло куда-то в самый низ живота и тревожно там затрепыхалось.

Не иди туда, успела подумать я одновременно делая шаг. Я не помнила номеров машин Вадима, я не знала, что мне даст увиденное. Он сидит за рулём и ждёт меня? С чего бы ему вспоминать обо мне в своей жизни полной роскоши и красивых женщин?

Переднее водительское стекло было отпущено. За рулём сидел мужчина, чуть грузноватый, в рубашке поло лососевого цвета. Не Вадим. И не мог быть Вадимом. Тот просто использовал меня, заплатил, а потом выкинул из своей жизни.

— Что такое? — испугалась Аня.

— Показалось… показалось, что это машина Вадима. Пойдём.

Шагнула вновь за кусты, охватила ствол своего дерева, по которому карабкалась столько раз наверх и вниз.

— Когда кажется, креститься надо. А вообще… — неуверенно начала Анька. — Вообще этот Вадим нашего хренова риэлтора нашёл бы за пару часов и твои денежки из него бы выколотил.

— Не вздумай, — жёстко сказала я.

— Хорошо, — недовольно ответила Анька.

— Обещай!

Властность моего тона подругу ошарашила, она даже назад шаг сделала, увеличивая дистанцию между нами.