— Без всего, — емко подытожила Око.

— И когда это произошло? — спросила Аудроне.

— Год назад, — ответил Дон. — А у тебя, подруга, что, с памятью проблемы?

— Есть немного, — пробурчала Аудроне и опустила руки.

— Эй ты, с повязкой! — окликнул Вильяма Тартас. — Зачем тебе мох?

Вильям остановился рядом с Аудроне и обернулся:

— Я завариваю трианский мох и даю пить вместо обезболивающего, — ответил он. — Не морфин, конечно, но тоже неплох.

— И вы его только страдающим даете? — вопросительно изогнул бровь Тартас.

Вильям отвернулся.

— Пойдем, Око. Не о чем с ними говорить.

— Да подожди ты! — снова окликнул его Тартас. — Я знаю, как выглядит трианский мох. Мы с Доном можем собрать его для вас. В обмен на рыбу, — добавил он. — У вас же много рыбы?

«Аудро-о-оне» — услышала она голос Киарана в своей голове. «Аудро-о-оне!»

— О, так ты одна из нас! — радостно воскликнул Дон.

— С чего ты взял? — нахмурилась Аудроне.

«Аудро-о-оне!».

— У тебя глаза светятся, — улыбнулся ей Тартас.

В этот момент Вильям буквально застрял взглядом на его лице.

«Аудро-о-оне!» — рев Киарана оглушил ее.

Вспышка света и сразу тьма сумеречной зоны. Изображения реальностей проносились мимо на огромной скорости. А из головы Аудроне тянулся тоненький ручеек ментальной связи. Он уносился куда-то в темноту и непонятно было, где его конец.

Рывок вперед. Словно кто-то дернул за эту тонкую переливающуюся нить-ручеек и попытался сдвинуть Аудроне с места, которое ее не отпускало.

Новый рывок. Опять ничего.

«Аудроне! Аудроне! Аудроне!» — наперебой кричали разные мужские голоса. Она узнала в них и отца Киарана, и шаена Эйзора и даже Ал-Тэгу, с которым в жизни общалась всего несколько раз.

Ментальная нить натянулась, слово тетива. Голова закружилась. Аудроне показалось, что очертания ее тела теряют резкость и растягиваются, словно она приклеена к невидимой стене и теперь ее отрывают, как старые обои. Стало больно, будто с Аудроне заживо снимали кожу. Она завопила и вдруг хлопок. Не то кожа лопнула, не то связь с реальностью оборвалась.

Боль мгновенно отпустила, и пришло облегчение.

«Аудроне! Аудроне! Аудроне!» — продолжали звать голоса.

Тело подхватило невидимой волной, и Аудроне понеслась вперед мимо сотен и тысяч реальностей, которые она уже была не в состоянии различить. Вдалеке появилась точка света. Она росла, превращаясь в диск, а затем и в экран, который надвигался прямо на Аудроне. Мгновение — и она столкнется с ним и, скорее всего, разобьется.

«Киарр-р-ран», — застонала Аудроне.

Удар всем телом сразу выбил из груди весь воздух. Она закричала от боли и отключилась.

Троих шаенов и Киарана с Аудроне выбросило в реальность с такой силой, что они прокатились по полу еще несколько метров. Ал-Тэгу потерял создание. Эйзор выругался. Орландо часто дышал и хватался за грудь.

Киаран подполз к Аудроне и повернул ее на спину. Круглая дыра в кружевной ткани платья на животе располагалась на прежнем месте. Но кожа… Кожа в ней была гладкой и ровной. Киаран не поверил своим глазам и начал разрывать ткань, чтобы убедиться, что раны на животе больше нет…

— Что ты делаешь? — пробормотала Аудроне, приподнимая голову и наблюдая за тем, как Киаран калечит и без того изуродованное свадебное платье.

Он медленно повернулся лицом к ней.

— Проверяю, — ответил спокойно, прижимая ладонь к ее голому животу. — У тебя нет раны.

— Сингулярность подлатала и в целости отправила домой. Но ты… — она набрала в грудь воздуха, силясь не заплакать. — Ты решил наплевать на законы мироздания! Это может породить новый парадокс и последствий никто не знает! — сказала в укор, словно злилась на него, а не радовалась тому, что смотрит в ярко-синие дженерийские глаза своего Темного Шквала.

— Да плевать мне на мироздание, — произнес он и наклонился к ее лицу.

— Ты сумасшедший, — прохрипела она.

— Которого ты любишь.

Крупные соленые капли покатились по ее щекам и упали на губы.

— Сюзанна… — прошептала Аудроне. — Она…

Аудроне повернула голову в ту сторону, где лежало обезображенное тело ее приемной матери, и зажмурилась.

— Не смотри туда, — Киаран погладил ее по щеке и аккуратно повернул ее лицом к себе. — Смотри на меня.

Аудроне открыла глаза.