Мы все резко замолчали, как нашкодившие школьники. Особенно я, ждать гостей я не привыкла. По сути, только эти двое знали мой адрес.

Ведьмам пить не советуется, особенно так много — мы перестаём слышать нашу интуицию.

Даже не спросив, кто там, распахнула дверь настежь, почти вываливаясь из квартиры.

— Доброй ночи, Диана, — перед мои взором появился Вадим, холодный и собранный как и всегда, — это ваше добро? — Крепкая рука держала за хвост моего фамильяра, который в возмущении скрестил лапки на груди.

— О, Ермак! Спасибо, что вернул его мне, — слегка неуклюже взяла Пради на руки, который не упустил возможности слегка укусить меня.

Обиделся, малыш.

— Он наложил в мою сумку, — с поразительным спокойствием выдал мой подопечный.

— Вы ещё у себя дома не всё проверили, — едва слышно пробормотала я.

— Что? — В голосе послышалась лёгкая угроза.

— Что? — Включила непонимающую, — не бери в голову, Ермак. Спасибо, что вернул его!

— Вы на удивление легкомысленная особа, Диана.

— Где-то я уже это слышала, — уже приготовилась закрыть дверь перед его носом.

— Я, пожалуй, зайду.

Вадим походкой хозяина жизни прошагал прямо в гостиную, отодвинув меня со своего пути.

Серые глаза сканировали открытые коробки китайской еды, пустые и не очень бутылки вина, притихнувшего Хиггинса, смеющуюся в бокал Софию, пока недобро взглянули на меня.

— Второй раз за день, Диана, я спрошу вас: что здесь происходит?

_______________________________

Дорогие друзья!

Не забываем поддерживать автора комментариями, звёздочками и наградами!

Этим вы сделаете меня счастливей!

С любовью,

Дж. Мас

Глава 9

— Производственное совещание, — уверенно ответила мощной спине, затянутой в итальянский пиджак.

Кажется, Вадим ещё даже и не пытался сбросить дневной груз ответственности и переодеться. Он ещё дома не был? Тогда где же он шатался всё это время?

Скосила глаза на фамильяра, который в намёке на то, что нам надо выйти и поговорить, чуть шею не свернул себе.

Мне не было видно лица Ермака, но по глазам Софии и тому, как она поджала губки в тщетной попытке скрыть смех, ситуация складывалась не очень хорошей, даже абсурдной. С одной стороны ничего плохого мы не делали, но вот с другой… Даже представить не могу, что именно роется сейчас внутри властной головы Ермака: его верная помощница и один из самых перспективных сотрудников спелись за его спиной с авантюристкой-захватчицей, то есть мной.

— Ну что ж, — я бодро хлопнула в ладоши, — вы пока тут общайтесь, а я пойду и принесу закуски. Хиггинсу стоит закусить, — доверительно прошептала на ухо Ермаку, скосив глаза на бледного парня, который, не отрывая глаз от своего юридического кумира, весьма по-взрослому отхлёбывал вино из бутылки, отобранной у Софии.

Проследовала за изрядно злым фамильяром на кухню. Моё обоняние до сих пор щекотал запах штормового моря.

— Как это вы даже до дома не доехали? — Шипела я на лисёнка, доставая из холодильника томаты и моцареллу.

— Мы на встрече были, — вдруг поникшим голосом заявил Пради, — Диана, там такое было, — тихо протянул он и умолк.

Смешивая соус с зеленью и чесноком, обернулась на лисёнка. Его мало что может удивить, а сейчас его чёрненькие глазки невидяще уставились на стену-оранжерею.

— Пради, ты в порядке?

— Нет, вначале мы заехали к нему домой, он переоделся, а я вдохновлялся, — и опять умолк.

Опёрлась на столешницу и выжидающе уставилась на лисёнка, который даже не покосился в сторону спиртного и сигарет.

— А там… В том клубе, была ледь, — он совсем не это слово произнёс, — она пришла под руку с каким-то типом, а изо рта пахло так, — фенёк поморщился, — знаю, что человеческая самка делала до этого, — медленный рассказ перетёк в весьма сбивчивый.

— Милый, тебя смутило то, чем они занимались до появления? — Раньше он на такие вещи даже внимания не обращал.

Пради шлёпнулся на попу и обхватил коленки лапками.

— Она была в шубе, — замогильным голосом выдал он, — с ног до головы. Там хвостики как у меня. И ушки. И лапки. Они так воняли. Почему человеческие самки не чувствуют, как они воняют?

— Ох, милый, — бросилась к своему верному другу, поднимая его на руки, — мне так жаль, что ты это видел.

Пради уткнулся носиком мне в шею и затрясся, жалобно всхлипывая. Когда между ведьмой и животным устанавливается связь фамильяра, те приобретают способность реагировать и эмоционировать как люди. Был бы он обычной лисой, даже носом не повёл бы в сторону шубы, а так как у фамильяра есть сознание, то он себя ещё и накручивать может. Вид лисьей шубы всегда кончался для нас депрессией в несколько дней.