– Привести сюда хозяина!

Вильма ещё ни разу за эти дни не слышала, чтобы голос Его Высочества звучал так холодно, повелительно, отрывисто и резко.

Воины стремглав бросились исполнять приказ и через секунду толстяка поставили перед принцем на колени.

– Что нужно от меня благородным господам? Я ничего не знаю! Я ничего не сделал! – заныл он жалобно.

– Кто готовил суп?

– Моя сестра.

– Приведите её.

Сестрой оказалась не менее дородная и не более опрятная особа, чем её брат. Вильма про себя порадовалась, что не успела ничего здесь съесть.

– Что угодно господину?

Принц перевернул миску и на пол пролилось её содержимое. Жидкость быстро впиталась в земляной пол, осталось лежать лишь несколько кусков мяса. В одном их которых безошибочно угадывалось… тут многие зажали рты руками.

– Это человеческое ухо. Вы кормите путников человечиной?

– Может быть, мясо и человеческое – откуда мне знать. Мы ж скотину у себя забиваем не часто, а всё больше в городе покупаем. Времена нынче беспокойные. Может, какие лихие люди кого и убили? Мне почём знать?

– Ты брешешь, гадина! – возвысила свой громогласный голос Констанс. – Будто, разделывая мясо, можно не понять, куриные это потроха или человеческие уши!

Женщина злобно блеснула глазами в сторону верной служанки Вильмы, но голос её оставался таким же тусклым и монотонным:

– А я свет не зажигала, так, в потёмках, и готовила. Зрение у меня плохое. Как могла, там мясо и разделала. Ну, не заметила я вашего уха. Что тут такого?

– Это ваше последнее слово, женщина?

– А что тут много говорить, когда сказать нечего?

– Допросите-ка её брата, лорд Лэйн. Да добавьте побольше огонька, чтобы всё хорошо было видно.

Долго работать не пришлось, трактирщик раскололся почти сразу, поведав о том, что вот уже почти год они промышляют тем, что добывают провизию, убивая одиноких путников. Времена тяжёлые, выживать как-то надо? Этот способ не хуже других.

– Не хуже других? – презрительно скривился Артур Лэйн. – Ну-ну!

Лишь напряжённые скулы и потемневшие синие глаза принца выдавали его истинные чувства, ни один мускул не дрогнул, когда он отдавал приговор повесить трактирщиков. Напрасно, стеная и заливаясь слезами брат и сестра просили помилования, напрасно голосили во всю мощь лёгких – их повесили на суку большого дерева возле ворот частокола.

Вильма, удивляясь собственному бесстрастию. Она не испытывала к жертвам сострадания.

Один из людей в отряде принца прочёл молитву. Первый табурет вышибли из-под грузного тела женщины. Мужчина сопротивлялся так, что в петлю затащить его удалось только совместными усилиями.

– Запрягайте коней, мы не останемся в этом проклятом месте, – распорядился принц Амадей.

– Разумно ли это, Ваше Высочество? Кони устали, люди – тоже.

– Прикажите седлать лошадей, лорд Лэйн, – ледяным, не терпящим возражения голосом, приказал принц.

Вильма выдохнула с облегчением, когда проклятая харчевня осталась позади. Последние рыцари бросили факелы в покрытую мхом и плесенью солому крыши. Та занялась, распускаясь оранжевым цветком.

– Пусть огонь очистит эту землю, – удовлетворённо кивнул принц, поднимаясь в седло. – Леди Чарис, держитесь неподалёку от меня.

***

Занялся новый день. Их путь продолжался. Край оказался болотистым, дорога – чудовищной, а если точнее, то дороги-то никакой и не было. Они двигались вперёд вдоль реки, затопленной заливом. Лошади увязали в иле, с трудом преодолевая сплошные заросли тростника. Приходилось то и дело петлять, объезжая какие-то препятствия.

Принц Амадей всё время держался во главе их отряда. Полы его плаща развевались, как знамя. Его доспехи ярко сияли даже в свете тусклого дня.

Вильма уже шаталась в седле от усталости и думать могла исключительно о надёжном укрытии.

Неужели в мире правда существуют нормальные стены, кровати и еда? Хотелось искупаться и вытянуть нывшее от долгой скачки тело на мягких пуховых перинах.

Но кое-что из этой поездки Вильма для себя уяснила на всю оставшуюся жизнь: даже будучи принцем крови, ты остаёшься простым смертным. Каким бы высоким не было происхождение, но в пути, будь ты принц или даже король, ты идёшь так же, как и простой солдат, тебя подстерегают те же опасности, мучают зной, холод и голод.

Дождь усиливался и вскоре влил, как из ведра, даже плащ не способен был защитить. Зубы выбивали дробь. Вильма так озябла, что не чувствовала ни рук, ни ног в стременах.

– Потерпите немного, сударыня, – приободрил её принц. – Осталось немного.

– Мне не кажется, что столица где-то поблизости? Места выглядят дикими.

– Впереди не столица. Всего лишь мой замок. Веселей! Мы вскоре окажемся под крышей, сможем обогреться и перекусить!

Вскоре появились очертания замка. Чёрная крепость выглядела зловеще.