– Он не знает, зачем его послали за тобой и чего хочет Наследник, – пробормотала Сораса, наклоняясь, чтобы говорить Корэйн на ухо. – Сейчас нет смысла допрашивать его.

– Все равно я слишком устала, чтобы даже пытаться, – прошептала в ответ Корэйн. Прикрыв глаза, она развернула плащ, готовя для себя постель.

– Очень сомневаюсь, – возразила Сораса. – Твое любопытно бесконечно, как горизонт.

Корэйн покраснела и натянула плащ до подбородка.

Сорасе хотелось сделать то же самое, заснуть на время дневной жары. Вместо этого она взглянула на песчаный склон над лагерем. Шесть Соколов смотрели из тени песчаной дюны, наблюдая за каждым из них. Они буквально прожигали ее взглядом.

Сигилла устремила взгляд в сторону дозорных Соколов, не желая моргать. Разочарование темурийской женщины было настолько ощутимым, что, казалось, воздух заволокло дымом.

– Каждый миг рядом с ними отделяет нас от завершения нашего дела, – резко заявила она.

Сораса устало вздохнула.

– И как именно мы покончим с нашим делом?

– С помощью следующего Веретена, – пожав плечами, ответила Сигилла.

– И где же оно? – парировала Сораса.

Хмурый взгляд темурийки стал еще мрачнее, и она указала подбородком в сторону.

– Спроси ведьму.

Вальтик сидела на краю тени и пальцами ног рисовала на горячем песке спиралевидные узоры, тихо напевая на непонятном джидийском.

– Что она говорит? – спросила Сигилла, наклонив голову в сторону.

Сораса махнула рукой.

– Вообще не хочу знать.

– Он сказал, что Наследник Избранный Лашрин, – Сигилла произнесла имя богини шепотом, но не из-за неуважения, а из страха.

– Рожденная в королевской семье особа, говорящая от имени богини, – безразлично ответила Сораса. Расположившись в нескольких ярдах, но все еще в прохладной тени, убийца занялась обустройством своего места.

Конечно же, услышав это, лежавшая на импровизированной кровати Корэйн приподнялась. Она боролась с усталостью, но все еще бодрствовала и прислушивалась.

– Что это значит?

– Лашрин – покровительница многих, – вздохнула Сораса, с отработанной во время многих лет точностью разворачивая свой плащ. – Для Айбала она самая священная из пантеона богов. Солнце и луна. Дарующая жизнь.

– А еще богиня смерти, – пробормотала Сигилла, скрещивая массивные предплечья. Словно так она могла защититься от самой Лашрин. Но не было стены, на которую не смогла бы взобраться богиня, не было крепости, которую она не могла бы разрушить. Невозможно было спастись от Благословенной Лашрин.

«Возможно, даже самому миру не удастся скрыться от ее руки».

Сораса усмехнулась.

– Я отлично знаю, что жизнь и смерть – две стороны одной монеты.

– Значит, нас тащат в секту, поклоняющуюся смерти, – рявкнул Дом, его изумрудные глаза потемнели.

– Избранные Лашрин чтят как жизнь, так и смерть, как свет, так и тьму, – ответила Сораса.

– Наследник попытается убить нас? – широко зевая, спросила Корэйн. Несмотря на то что она провела весь день в капюшоне, на ее щеках и носу появился красный румянец.

Нахмурившись, Сораса покачала головой:

– Корэйн, я уже говорила, если бы цель состояла именно в этом, мы бы уже были мертвы. А тебе пора спать. Возможно, у тебя еще есть силы для своих нескончаемых вопросов, а вот у меня нет.

Устроившийся рядом с ней Эндри усмехнулся, прикрыв рот ладонью. Даже уголки губ Дома едва заметно дернулись, грозя лишить его привычной хмурой гримасы.

Корэйн выпрямилась и быстро заморгала.

– До того, как вы с Домом приехали в Лемарту и нашли меня, я находила покупателей на все, что незаконно ввозила или крала моя мать. Одной из последних отправленных мною грузов был ящик джидийских мехов. Он предназначался для королевского двора Айбала. Мне показалось странным, что король пустыни покупает волчьи шкуры, но он хорошо платил, так что я не стала расспрашивать об этом. Однако теперь… – В ее глазах вспыхнуло понимание. – Король Айбала уже несколько месяцев находится в горах Благословенных и намерен остаться там надолго.

Сораса ощутила, как мурашки пробежали по ее телу, воздух пустыни охлаждал ее кожу. Перебирая обрывки воспоминаний, она пыталась вспомнить. Прошло всего лишь несколько месяцев, но теперь те дни казались далеким прошлым.

– До меня дошли слухи, что королевская семья рано покинула придворную цитадель в Калираме, но…

Корэйн согласно кивнула.

– Ты не задумывалась над этим. Всего лишь королевские особы и их странные причуды. Я считала точно так же.

– Займор находится далеко на юге, в многих неделях пути по труднопроходимой местности, – выругалась Сигилла, имея в виду летний дворец в южных горах. Она встала и принялась ходить туда-сюда, ее тяжелые сапоги оставляли борозды в земле. Охотница за головами снова бросила взгляд на дозорных в дюнах. – Мимо песков, к верховьям Зайрона, потом в сами горы…

Сораса стиснула зубы, ее разочарование достигло предела.

– Спасибо, Сигилла. Я бывала там. – Корэйн открыла рот, снова желая задать очередной вопрос, но Сораса отмахнулась от нее.

Она помнила дворец, хотя и с трудом.

«Один из моих первых контрактов. Я даже не проникла внутрь. Это было ни к чему. Он был всего лишь неуклюжим мальчишкой, которому нравилось бегать по холмам и гоняться за овцами. Убийство получилось быстрым и легким и, возможно, неизбежным. Такое количество утесов – явная опасность для любого бесстрашного принца».