— Вы присаживайтесь. — Радушно пригласил нас парень. — Жена сейчас покормит и придет. Мы вас раньше ждали…

— Пришлось чуть задержаться в дороге. Ничего серьезного, так, мелочи. — Отмахнулся от расспросов Арвид. — Не торопи супругу, пусть ребенок наедается. И сам с нами присядь, поболтаем.

— Я сейчас. Только проверю, чтобы Ваши люди устроились хорошо, и подойду. — Заверил хозяин. А Вы не стесняйтесь, ужинайте. Мы-то уже…

С этими словами парень вышел, а Арвид провел меня и усадил в углу, на вышитых подушках, украшавших резную лавку.

— Арвид, — спросила я, — А остальные рыцари разве не с нами будут ужинать? — Мне казалось не совсем правильным строить важную госпожу перед людьми, с которыми нам еще много дней делить дорогу и пищу.

— Потом, когда приедем, то с нами. — Как о само собой разумеющемся сказал муж. — Ну, по крайней мере, пока сами не обустроятся и свое хозяйство не заведут. А пока — как получится. Сегодня не стоит хозяев стеснять, у Детлефа дом, конечно, большой, но не на такую ораву. Дите малое, опять же… Если бы на улице мороз стоял, то потеснились бы, конечно, а так ребята палатки поставят и прекрасно переночуют.

— А они не обидятся? — Встревожилась я.

— С чего бы? — Арвид удивился так искренне, что я поняла: действительно, не обидятся. — Траутхен, я же с собой не кого попало звал. Мы с ребятами не один год вместе служим.

— Это хорошо. — Согласилась я. И тут же задала следующий вопрос, поглядывая на дверь, ведущую в другие комнаты. — А Детлеф — он кто? С ним ты тоже раньше служил? Не похож он на наших крестьян.

— Служил. — Улыбнулся Арвид, довольный, видимо, моей наблюдательностью. — А на кого он, по-твоему, похож?

— Скорее, на того трактирщика, у которого мы на обед останавливать. — Подумав, ответила я. Или на кого-то из наших горнборгских ребят, кто совсем уж младший в семье.

— Да нет, — негромко рассмеялся Арвид, — крестьянин Детлеф самый настоящий. Рыцарем стать ему магии не хватило, а потом ранение так некстати пришлось. Зато он теперь не господский, а свободный. На накопленное за службу хозяйство обустроил, жену выкупил. И живет, припеваючи, самому королю налоги платит.

— О как. Маг. — Только и сказала я. В околицах Горнборга свободных крестьян было немного, поселение состояло из стоящий недалеко друг от друга рыцарских дворов. Но я слышала, что свободным живется значительно сытнее, хотя и приходится порой вести долгие тяжбы за межи с местными дворянами. До короля далеко, а с местными господами — это уже как повезет.

— Да. — Арвид, тем временем, продолжал. — Магом его, конечно, назвать можно только с большим авансом, но не совсем бесталанный. Детлефу бы чуть больше силы, замечательный целитель бы получился. А его хватает только по-мелочам: кровь приостановить, пока лекаря или настоящего мага позовут, боль унять ненадолго, зубы заговорить..

— Зубы заговорить — это тебе к Айко. Тот и без всякой магии сумеет. — Улыбнулась я.

— Это хорошо, если к месту и ко времени. — Кивнул Арвид, то ли принимая шутку, то ли отвечая всерьез.

На столе стояла нехитрая снедь, и Арвид, воспользовавшись приглашением хозяина, взял нож и крупно нарезал хлеб и соленый овечий сыр. Тихонько скрипнула входная дверь, оповещая о приходе хозяина. Вместе в ним в комнату вошла совсем молоденькая девушка Жена — догадалась я, видя на девушке наряд замужней фру. Хозяйка подворья, несмотря на молодость, была пышнотелая, вся какая-то округлая. То ли и правда сытно жилось свободным крестьянам, то ли ребенка совсем недавно родила. Агнесс тоже сразу после родов выглядела всегда раздобревшей, а уже потом снова возвращалась к своим привычным сухощавым формам.

Я отметила, что Арвид привстал, вежливо приветствуя хозяйку, видимо, Детлеф и правда значил для мужа больше, чем просто бывший солдат. А, возможно, просто крепко сидела в нем привычка всегда и везде быть королевским рыцарем. Меня он тогда от Виллема тоже бросился защищать, а ведь не знал совсем.

— Здравствуйте! — Смущенно поприветствовала нас хозяйка. — Вы уж простите, что не встретила, замоталась с маленьким…

— Ничего страшного! — Ответил Арвид с улыбкой. — Маленький — он пока что всех главнее, а кусок хлеба мы себе и сами отрежем. А что ж ты, хозяюшка, дверь так плотно прикрыла? Вдруг, проснется и заплачет.

— Да Марьяна присмотрит… Ой! — Хозяйка осеклась и побледнела. Словно сболтнула не просто что-то лишнее, а по-настоящему опасное. Арвид перехватил ее растерянный взгляд на мужа и, в свою очередь, вопросительно поднял бровь.

— Все нормально, Эля. Господин Арвид не выдаст. — Поспешил успокоить жену Детлеф, провожая ее к столу. Дожидаясь, пока хозяева усядутся, муж продолжал спокойно жевать ужин. И только потом спросил.

— Дружище, может, хочешь что-то рассказать? Сам знаешь, я в ваши дела без спросу лезть не буду, но могу и помочь.