Что у нас получается? Общались мы с ним два раза. Как итог, я выходила сухой из воды, а сам Сухой оставался мокрым. И что он после всего делает? Да он мимо проходит. Просто прошел рядом и даже слова не сказал.

Анька подлетает ко мне и трясет за руку:

— Ну, и что это сейчас было? Ёлкин, — подруга выглядывает из-за моей спины, шипя на что-то говорящего мне Лешку. — Ёлкин, на пару беги. Опоздаешь, всё, каюк.

— По-ли-и-ина, так мы увидимся? — А парень и не думает уходить. Плевать ему на бубнеж Алипатовой.

— Увидимся, конечно. — Что за вопросы? Или он просек, что когда Суханов шел, я успела с жизнью попрощаться? Жаль, спросить у Ёлкина ничего не смогла, он уже пружинистым шагом вслед за длинноногим ускакал.

— Полин, чего он тебя не прибил-то? — говорит Анька тихим шепотом. — Возможность была, да и повод, собственно, тоже.

— Связываться не захотел. — Эй, это у меня голос такой обиженный? — Понял, что со мной шутки плохи. Не его плантации яблочко.

Ага-ага. Успокаивай себя, Немцова. Вслух же ты не можешь сказать, как тебя задело, что парень даже внимания не обратил. А если не можешь, то теперь ври лучшей подруге, что ты этого от Назара и ожидала.

Гад он, честное слово, гад.

Мы с Алипатовой зашли в аудиторию и сели на свои места. Снова химия, и опять первой парой. Достав тетрадь, уткнулась головой в стол, вспоминая взгляд один противно-безразличный. Ну, вот в самом деле, кто так на девушек смотрит, а? Прям не посмотрел, а в грязь втоптал. Надо было из той бутылки не пить, а на голову ему вылить. Так сказать, заранее отомстить за сегодняшнее. Клянусь, если он еще раз подойдет ко мне, отвечу той же монетой.

— Есть желающие заняться бегом до библиотеки? — голос Аркадьича над моим ухом заставляет поднять голову. Тут хочешь не хочешь, а после такого обращения подпрыгнешь на месте и предложишь себя в качестве бегуна.

— Есть. Я.

— Полина Немцова! — нараспев говорит препод, вставая над моим столом. — Спите? А кто нам на доске напишет формулу винной кислоты?

— Алипатова! — бросаю ему, вспоминая ржач подруги. Месть свершилась. Но я в курсе, что Анька ответить сможет, поэтому не переживаю, из-за своей подставы — Меня же вы в библиотеку отправляете.

— А сами-то формулу помните? — говорит, снова склоняя голову.

— Конечно, — слишком энергично киваю ему, и мы оба знаем, что я не вру.

— Полина, скажу вам по секрету… Друзья, закройте уши, — обращается он к одногруппникам. — Я еще в первую нашу встречу заметил в вас потенциал и эрудированный ум. Не распыляйте всё это, пока до библиотеки бежать будете.

От неожиданной похвалы я снова покраснела.

Хоть кто-то меня замечает. Уже не так обидно.

— Спасибо, Сергей Аркадьевич, — промямлила я, двигаясь в сторону двери. — Напомните, пожалуйста, что принести нужно?

— Именно об этом я и говорил, друзья. Наша Полина не успела до выхода дойти, как всё позабывала. Не повторяйте ее ошибок и даже с такими познаниями, как у нее, не спите на моих занятиях. — А чего все сразу на меня уставились и заулыбались? Не спала я, задумалась просто. С кем не бывает? Но вывод свой сделала: на учебе нужно думать только об учебе, а не об отряде зайцеобразных. — Принесите, пожалуйста, нам десять экземпляров «Общей химии» под редакцией Коровина, разумеется.

Десять? Аркадьич, я точно больше не буду «спать» на ваших занятиях.

Выйдя из двери, по пустому коридору спускаюсь на первый этаж, где у нас библиотека расположена. Вхожу и чуть не отпрыгиваю в стену, когда Суханова возле книжной полки вижу, в телефоне залипающего.

Химик меня не простит, если я сбегу и книжки не принесу. Но, вообще-то, сбегать не хотелось вовсе. Так же, как и не было желания попадаться на глаза парню. И я решила по-тихому подойти к нужному мне ряду, тихо-тихо, как мышка, направиться к милой старушке библиотекарю, а потом резвой лошадкой ломануться на второй этаж.

Прокрутив в голове план «Зайцы не должны нас засечь», аккуратно закрываю за собой дверь, чтобы тут же спрятаться в бесконечных книжных рядах. Обнимаю себя за плечи — пора, и так уже долго стою возле двери.

— Чего встала тут? — врезаясь мне в спину, слишком громко возмущается … Любаня?! Да, как такое возможно, черт возьми?

Ой, мамочки.

У меня и дар речи тут же пропал. Картина Репина «Приплыли». Почему в этом семестре мне везет, как утопленнику? Потому что на Новый год ничего не делала, а лишь салаты трескала? Эй, судьба, или кто там мной управляет, я исправлюсь. Честное слово, исправлюсь, только мудрить прекращай.

— Так это же ты, — Любаня тыкает в меня пальцем. — Точно ты.

— Не-е-е. Точно не я, — брякаю, не желая сознаваться.

В тихом помещении мы стали звездами. Не скажу, что сейчас здесь было много людей, но даже они обратили на нас внимание. На Суханова так я, вообще, старалась не смотреть.

А Любашке хоть бы хны:

— Дуру не включай, у меня на лица отличная память. Чего ты ходишь за мной?

Эй, да что меня в преследовании-то постоянно обвиняют? Все разом детективов пересмотрели и решили, что маленькая девчушка и есть самое хитрое зло? За спиной послышался смешок. Никто и не думал, что он сдержится. Конечно, Назар заржал.