— Ладно, я пошел. — Я направился к выходу.

— Постойте, Гордей. — Окрикнула она меня.

Я обернулся. Лицо Амели было красным, будто она уже перепарилась. Она смотрела на меня, решаясь что-то сказать. Вместо этого она начала развеваться.

— Я пошел. — Мне стало неловко.

— Гордей, останьтесь, я хочу снять карму.

— Вы о чем?

— Я видела вас голым и, наверное, в тех условиях это было очень унизительным для вас. — Она продолжила снимать с себя одежду.

— Было, но подобные службы специально делают так, чтобы унизить заключенного.

— Мне сейчас невероятно стыдно, что я была одним из винтиков этой системы. Вы хороший человек и не заслужили такого отношения. Я верю в карму и не могу жить, зная, что меня ждет наказание за совершенную глупость. Мне нужно оказаться на вашем месте, чтобы компенсировать свой грех.

— Ясно, грех на грех, дает благое дело. — Я улыбнулся.

Амели стояла совершенно нагой. У нее была прекрасная фигура. Видно, что на службе им не давали зарастать жирком. Красивая грудь, ухоженный лобок. Даже неясно кому она собиралась его демонстрировать при такой независимой жизненной позиции. Она смущенно прикрыла его руками, заметив мое внимание.

— Прости, загляделся. — Я тоже смутился. — Ну, что, карма восстановилась?

— Я не знаю, не чувствовала себя униженной. Ты смотрел на меня, как мужчина.

— Как умею, так и смотрю. — Мне было уже невыносимо жарко и не только от высокой температуры воздуха.

То, что она перешла на ты, добавило интима в ситуацию.

— Раздевайся, поможешь потереть мне спину. — Предложила она.

— Пожалуй, одной спиной мы не обойдемся. При всем моем уважении, Амели, к твоему предложению и выражению симпатии, на твоей карме это отразится не лучшим образом, да и на моей физиономии тоже. Я женат.

Она посмотрела на меня горящими от бурлящих гормонов глазами. Я почувствовал, как ее сексуальная энергия пытается подчинить меня. Еще немного и я мог потерять над собой контроль.

— Ладно, иди, ты сумел избавить меня от кармы.

— Унизил?

— Отверг.

— Что? Мы с тобой знакомы одно мгновение. Мы же не собаки на собачьей свадьбе, совать свои причиндалы через три секунды знакомства. Прости, я пошел. И не забывай, что за тобой очередь.

Я вышел на свежий воздух. В душе смешались чувства. И злоба на распущенность француженки и легкое разочарование, от того, что можно было бы соблазниться ее прекрасными формами. Нет, нельзя было соблазняться. Между мной и Айрис тогда бы обязательно возникла фальшь. Я набрал в ладони снег и уткнулся в него лицом. Он сразу потек под разгоряченной кожей.

— Ну, как? — Ехидно спросил Трой, когда я вошел в гостиную.

— Хреном об косяк. — Буркнул я и взял в руки ковш с холодной водой. Сделал три больших глотка. Угорел, пока был в бане. — Был неловкий момент, но мы его преодолели.

— Она не теряет времени даром. — Заметил Михаил.

— У нее свои загоны. Она эзотерик, верит в карму и прочие глупости. — Я не стал рассказывать друзьям обо всех обстоятельствах нашей неловкой ситуации. — Ставьте чайник, а то мадемуазель придет запарившаяся.

Трой поставил на миниатюрную газовую горелку чайник. Высыпал в стеклянный заварник различные травяные смеси, которые удовлетворили его благородный нюх. Минут через десять пришла раскрасневшаяся Амели. Она не смогла натянуть одежду на мокрое тело и потому просто накинула поверх куртку, которая нечаянно распахнулась, пока она разувалась.

— Ой, простите. — Она засмеялась, пытаясь прикрыться, и бросила на меня мимолетный взгляд. Хотела понять, проболтался я или нет.

Меня никто не выдал ни словом, ни жестом.

— С легким паром. — Выдали мы одновременно на русском.

— Спасыбо. — Поблагодарила она по-нашему.

— Проходи, садись, чай готов. — Пригласил Трой.

— Через минутку, поднимусь, оденусь. — Она затопала по лестнице.

— М-да, смелая девица, или очень нам доверяет. — Прокомментировал Михаил ее нечаянное обнажение.

— Просто в их обществе привыкли относиться к мужикам, как к подругам, с которыми можно потрахаться. Домогающийся мужик для них нонсенс, он либо начальник, либо эмигрант. Измельчала французская порода. Мужик занимается сексом только, когда это разрешит ему женщина. Естественно, он переступит через чувство собственной гордости и выполнит ее просьбу, потому что неизвестно, когда в следующий раз у нее появится настроение. — Поделился я своими знаниями современного западного общества планеты.

— Ну, я так полагаю, среди нас нет тех, кто пускает слюни, поддаваясь женским манипуляциям? — Михаил открыл бутылка рома и разлил по стопкам.

— Я думал после бани. — Произнес Трой.

— Это для расширения сосудов и ускорения метаболизма. К тому же, на мое колено алкоголь действует анестетически.

— Ладно, давайте тогда за колено Михаила. — Трой поднял рюмку.

Мы выпили. Ром был хорошим. Мягкий, ароматный, отозвался в желудке приятным жжением. Теперь стоило ждать, что мой организм начнет просить еду с утроенным усердием. Амели спустилась в гостиную и села за стол.