— Не надо так реагировать, — пыталась я охладить пыл Анатолия Константиновича. — На это и был мой расчет, когда я выстраивала свой план. Что вы ему ответили?

Мой строгий, с оттенками угрозы тон должен был дать клиенту понять, что, если только он послал Геннадия «куда подальше», на него обрушится вся сила моего гнева. Еще бы! Ну держитесь, Анатолий Константинович! Мало вам не покажется, все мои старания вы обратили в ничто.

— Я сказал, что вы в душе и сами ему потом перезвоните.

— И как давно он звонил?

— Часа три назад. Но вслед за его звонком приехал брат, поэтому я не мог вам перезвонить сразу.

Три часа прошло! А я до сих пор не перезвонила. Как тщательно, однако, некоторые несерьезные барышни могут мыться… Я там у себя сидела на диване и думала, как быть, а ведь могла уже встретиться с Геннадием!

Последняя мысль меня немного испугала. Неужели, Иванова, ты успела втрескаться в столь неположительного героя? Поймав себя на мысли, что его разложившийся моральный облик не производит на меня должного отрицательного действия, я попыталась зайти с другой стороны. Он же на полголовы ниже меня, и глаза у него собраны в пучок на переносице… Прислушавшись к себе, я вдруг отчетливо поняла: ничто не действует! Геннадий Делун мне действительно нравился, и это было самым ужасным.

Мне вспомнился не один случай, в котором женщина-следователь, испытывая чувство любви к подследственному, освобождает последнего, и сама за это садится за решетку. В моем случае все было не настолько трагично, но почему-то по спине пробежали мурашки. Может, пока не поздно, сказать заказчику, что я отказываюсь вести дело? Черт с ними, с деньгами. Возьму у Григория, он же мне предлагал, и отдам Делунам за их загубленный мной ремонт. Сейчас самым лучшим выходом для себя я видела больше никогда не встречаться с подозреваемым по имени Геннадий Делун.

Но моя самонадеянность взяла верх. Неужели я не совладаю с собой? Неужели позволю, чтобы меня засосало в этой патологической страсти к вору и насильнику? А может быть, к тому же еще и убийце. Теперь я посчитала долгом профессиональной чести справиться с неожиданными чувствами. «Если не сможешь, — очень жестко сказала я себе, — то пойдешь работать вахтером в поликлинику».

— Он звонил из дома? — пытаясь продемонстрировать полное равнодушие, спросила я.

— Да. Сказал, что будет ждать вашего звонка.

«Будет ждать звонка… «— эхом отозвались слова соседа в моей голове, и мне почему-то представился Ниагарский водопад, который я имела счастье видеть не только на картинках, но и воочию, и молодая женщина, с огромной скоростью несущаяся в лодке прямо к обрыву. Этой женщиной была я.

Спустя пять минут я, чувствуя себя очень неспокойно, но твердя, что имею дело с насильником, вором и убийцей, набрала номер телефона, который мне дал Анатолий Константинович. Трубку сняла Инесса.

— Будьте добры, Геннадия, — вежливо попросила я, хотя с этой женщиной мне было тяжело разговаривать подобным образом. Мне ничего не ответили, только трубку громко ударили обо что-то.

— Я слушаю, — раздался в трубке голос Геннадия, и я услышала ненормальный ритм своего бьющегося сердца.

— Это Татьяна, — заставив себя войти в образ, непринужденным голосом произнесла я.

— Долго же ты мылась, старушка, — раздался смешок в трубке. — Давай, что ли, встретимся.

Мои настенные часы показывали двадцать два ноль-ноль.

— Прямо сейчас?

— А че тянуть? У меня отдельная комната, посидим, послушаем музыку.

Меня не покидало ощущение, что Геннадий стремится выглядеть примитивнее, чем есть на самом деле. Зачем он так делает? И интересно, зачем он меня приглашает? Я ему действительно понравилась, или за этим кроется что-то еще? Хотя какая разница? Мне важен сам факт.

Представив, насколько мой поздний визит «понравится» мачехе и отцу Геннадия, я задумалась. Нарываться на конфликт мне не хотелось, но, с другой стороны, ответить отказом на предложение Геннадия было в высшей мере глупо и неосмотрительно. Не оставляла также сомнений вся недвусмысленность сделанного мне предложения. Легко можно представить, на что надеялся мой сегодняшний знакомый, приглашая так поздно к себе домой ту девушку, которую я так старательно изображала. Что ж, придется лавировать, повернуть все таким образом, чтобы и волки были сыты, и овцы целы.

Оценив мое молчание в трубке по-своему, Гена тут же предложил альтернативу.

— Если не хочешь ко мне, на этот случай у меня имеется запасной вариант. Запоминай адрес, куда нужно подъехать.

Услышав в трубке название уже знакомой мне улицы, номер дома и квартиры, я одновременно и обрадовалась, и пришла в ужас. Геннадий продиктовал адрес своей умершей бабушки. Только сегодня на мою просьбу дать мне ключи от квартиры своей матери Анатолий Константинович ответил, что все комплекты ключей находятся теперь в распоряжении его брата. Необходимо было произвести осмотр жилища покойной, и я надеялась, что там, возможно, найду какую-нибудь зацепку, с помощью которой удастся распутать данное мне дело. И вот теперь появлялась прекрасная возможность побывать на квартире старушки, но… это одновременно означало, что мне необходимо собрать все свои силы и смекалку, чтобы не очутиться в объятьях злого искусителя — подозреваемого всеми, и мною в том числе, в убийстве бабушки.