Я рассказала клиентке о предпосылках преступления, совершенного Вележевым. Галина Максимовна выслушала меня очень внимательно, а под конец сказала:

— Таня, я не испытываю угрызений совести из-за того, что подозревала Дашку. У меня были на то основания. Признаюсь вам, она изменяла Андрею с моим мужем. Только я очень поздно об этом узнала, добрые люди рассказали… Таня, надеюсь, теперь вы понимаете, почему я не разрешила Андрею жениться на Олесе? Это — чокнутая семейка! Мы не должны были с ними породниться! Наверняка справку Вележева купила, чтобы окрутить Андрюшу. Вот тварь! И братец ее такой же!.. Таня, вы проделали очень большую работу, как только меня выпишут из больницы, я полностью рассчитаюсь с вами.

— Вы мне ничего не должны, — гордо сказала я, развернулась и вышла из палаты.

Студент пятого курса Классического университета, а потом учитель географии Александр Ильич Вележев вел подробный дневник, и это обстоятельство помогло докопаться до истины.

Признаюсь, еще в Турищеве я стала подозревать, что за убийством Шорникова стоит Шурик, но не успела получить у него признания. Обыск в его городской квартире все окончательно прояснил. Лично для меня была только одна неясность — почему Вележев так хладнокровно использовал Елену в своих гнусных целях. Ответ оказался очень прост. Учительница французского языка напомнила ему мать. Они были похожи внешне, Шурик смутно помнил образ матери. У них были одинаковые имена. Вележев ненавидел свою мать за то, что она их бросила и укатила сначала в Москву, а потом на ПМЖ за границу. Он презирал ее за то, что она иногда звонила из-за бугра, говорила, что любит, и оправдывалась тем, что сложные жизненные обстоятельства их разлучили. Ненависть и презрение к матери он перенес на француженку.

История с Вележевым сильно повлияла на Елену. Я всеми силами старалась отвлечь ее от переживаний, водила по магазинам, ресторанам и даже в кино. Примерно через месяц глаза подруги снова заблестели. Но в этом моей заслуги не было, она познакомилась в булочной с каким-то программистом и стала уверять меня, что он — ее судьба. Ленка неисправима!

Что касается моей личной жизни, то тут тоже все по-прежнему. Правда, охранник «Крестоносцев» Дима как-то встретил меня у дома и пригласил в ресторан, но я ему отказала. У него имелся один, но серьезный изъян — Дмитрий был человеком Силина. А Борис Тимофеевич так и остался в моем сознании единственным преступником, которого я не смогла засадить за решетку, а я для него — просто Ивановой, которая его когда-то подставила и испортила репутацию. Ничего, жизнь все расставит по своим местам.

Александр Вележев и Валерий Телегин были признаны вменяемыми и понесли заслуженные наказания.