— Бля, — тихо прохрипел парень и грохнулся в ту же лужу.

Но мне не повезло. На смену одному придурку с пушкой пришел второй. По размерам они были похожи, разве что этот оказался поумнее.

— Зря ты его законтачила. Тебя приглашают в гости, а ты ногами машешь. — Парень шмыгнул носом, взглянул укоризненно. — Нехорошо. Босс будет недоволен.

— Чем? — наивно поинтересовалась я, хотя соображения на этот счет у меня были.

— Тем, что мы тебя тронули, — сказал тот, что побывал в луже.

Я ушла от его удара и вновь врезала ему туда же. На этот раз даже «бля» я не услышала. Он, бедный, сложился пополам молча, выпучив глаза и зажав руками свои многострадальные половые органы.

Паренек остался стоять в той же позе, равнодушно глядя на своего неудачливого товарища.

— Мы, конечно, тебя не убьем, шеф запретил, но закоротить можем, поверь на слово. — Парень опять шмыгнул. — Так что давай без выпендрежа и карате, ладно?

Неудачник встал на ноги.

— Отстань от нее! — крикнул тот, что поумнее.

Но его приятель решил иначе. Он обхватил меня за плечи, намереваясь продолжить наше знакомство.

— Бык, я тебе отстрелю сейчас то, что девка не доотбивала, ясно?

— Бля, да она…

— Я тебе сейчас дам «она». — Парень, наконец, высморкался. — Поехали!

— Вы что, мои клиенты? — попыталась уточнить я.

— Ха, твои клиенты, — Бык все еще хранил на меня обиду.

— Тогда я не поеду, — решила я.

— Ой, ну почему с женщинами все так сложно? — театрально вздохнул рассудительный парень.

Удар в живот был неожиданным и мощным. В голове на секунду померк свет, появились звездочки, захотелось выплюнуть весь чай на асфальт и там же свернуться в клубочек.

— Едешь? — Мои оппоненты на этот раз не сделали ни единой попытки поднять меня из лужи.

— Еду.

— Тогда вставай, чего развалилась, и отряхнись, в машине чехлы чистые, — парень опять шмыгнул носом.

Пока я неторопливо отряхивалась от грязи, мозг оценивал сложившуюся ситуацию.

Первое, что было действительно ясно с самого начала, это то, что моим кавалерам, а главное — их шефу, я нужна живой. Это пока.

Второе, что в принципе тоже ясно, шефу моих кавалеров я сгожусь в любом виде.

Третье, эти люди являются представителями банды, мафии, теневых структур и т. д. и т. п. А раз так, то дело будет не простое, раз своими силами они разрешить проблему не в состоянии. И, конечно, угрозы. Фигово! Но это все пережить можно, не впервой. Интуиция подсказывает, что после меня захотят ликвидировать, а вот это уже хуже.

Я разогнулась и оглядела свою одежду. Что ж, неплохо, только порваны мои замечательные, за дикие деньги купленные чулочки! Они за это ответят, сволочи.

Осталось только решить: ехать мне с ними или попробовать остаться. В первом случае я рискую жизнью, во втором — своей внешностью.

— Я еду, еду, не сердитесь, — приняла я чисто женское решение.

Бычара распахнул дверцу машины, сделал приглашающий жест рукой, даже чуть поклонился. Шмыгающий занял место за рулем и с интересом следил за нашими па.

Я подошла к машине и растянулась на заднем сиденье, подгоняемая увесистой рукой Быка. Зад горел так, будто с него забыли снять утюг еще с прошлого четверга. Галантный кавалер всунул морду в окошко.

— Задница у тебя классная!

Я не удостоила его ответом.

— Бык! В машину, — шмыгающий потерял остатки терпения.

Мы поехали. Мое душевное равновесие поддерживало лишь одно обстоятельство — Бык сидел впереди, сложив руки, как футболист перед штрафным ударом.

— У вас проблемы? — поинтересовалась я.

— Заткнись! — взревел Бык.

— Шеф все сам расскажет, — сказал мне водитель.

Ну и ладно. Дождь лить перестал. Улицы, как ни странно, чище не стали.

— Машина на АЗС не моя, — вспомнила я.

— Заткнись!

— О ней позаботятся, — водитель посмотрел на Быка. — Тебе шеф говорил, что ты стал чересчур наглым и самостоятельным? Ты хочешь, чтобы тебя тихо закопали, а? Заживо. Хочешь? Тебя спишут, — он закрыл рукой рот Быку. — Вопрос лишь в том, когда!

— Но…

— Это может произойти очень и очень скоро, Бык, — водитель перебил его. — Очень скоро, — и дотронулся до пистолета.

Бык задохнулся собственной яростью. Его лицо горело от избытка чувств. Он хотел что-то сказать, но шмыгающий отвернулся.