— Сил не знаю, но не одно поколение точно, — Катрина давала нам время изучить все, терпеливо ждала, когда мы будем готовы двинуться дальше.

— Я помню некоторые залы иными. Похоже, облик дворца постоянно меняется, — заметила я.

— Именно. Говорят, это негласная традиция императорской семьи — перестраивать часть дворца магией. Так они оставляют след в его творении.

— Странная традиция, но у всех свои причуды, — улыбнувшись, я закружилась, наслаждаясь тем, как мелькает мое отражение в сотне зеркал.

Прогуливаясь по сердцу нашей империи, мы не удержались и заглянули в зал, где ждали своей очереди претендентки. Желающих там немерено. Кажется, даже больше, чем вчера. Что ж, оно и не удивительно, ведь сегодня последний день.

Наше подглядывание, конечно, заметили и наградили злыми и завистливыми взглядами. Решив не нарываться, благоразумно удалились в безопасную для нас часть замка.

Мы прошли главные залы дворца, ее галереи и как-то незаметно оказались в той, что посвящена правящей династии. Бесконечные портреты увековечивали членов императорской семьи от самых истоков до наших дней. Так уж вышло, что всех предшественников мы миновали быстро, остановившись в зале нынешних правителей.

— Родители Его Величества, верно? — спросила я, остановившись возле Их Величеств Юлиана и его супруги.

— Оба оставили наш мир, — вздох Катарины скорее вышел из уважения, нежели из-за глубокой скорби.

— Говорят, что лир Юлиан был слаб в военном деле, что и привело в конечном итоге к вторжению, — я удивленно оглянулась, услышав слова Равии. Они звучали крайне опасно для этих стен. Надеюсь, ее никто не слышал.

— Не знаю, что насчет войны, но в экономике он крайне силен. Ряд его реформ упрочил положение империи, что позволило его сыну заняться преобразованием страны после ухода отца.

— Не ожидала от невест таких споров о политике, — рассмеялась Катарина. — Мне интересно, что вы скажете о самом императоре? Ведь все мы здесь ради него? — девушка лукаво улыбнулась.

— Лир Демид весьма привлекателен, — Равия повернулась к портрету нашего правителя, рассматривая лицо мужчины. Ровные, прямы черты, отражающие мужественность, прямой взгляд пронзительных глаз, светлые пряди волос, среди которых венец власти.

Выправка и широкий разворот плеч делали его образ еще сильнее и крепче. Пожалуй, с таким и в бой идти не страшно. Прикроет и защитит от всего. Ясно, почему его так уважают военные.

— Мечтать о подобном мужчине рядом с собой должна каждая, — вздохнула Равия.

— Вот только вдобавок к конкретно этому идет масса обязательств и ответственности. Император не просто привлекательный мужчина. Он монарх, а значит у него есть долг и обязательства. Хотелось бы знать, найдет ли он среди них место любви? — я произнесла это тихо, но от входа раздалось:

— Я приложу к этому все усилия, лиа. Тем более, что мне есть, ради кого стараться, — в зал в сопровождении помощницы распорядительницы вошел император.

Мое лицо тотчас опалило жаром. Ну почему он появился именно на моих словах? Как услышал? И куда мне деться от его обжигающего взгляда? А деться хотелось, особенно после того, как мы только что обсуждали его внешность, а портрет не врал. Даже наоборот. В действительности император оказался еще лучше. Ощущение его магии, грация движений — это завораживало.

— Девушки, вас ждут стилисты в приготовленных покоях. Его Величество вызвался лично помочь в поисках невест, — на помощь, как всегда, пришла лиа Валерия.

— В таком случае, нам стоит поспешить. Благодарим за оказанную честь, — ответила за всех Катарина и первой направилась на выход. Мы гуськом за ней.

До этажа, где размещали всех невест, шли вместе, а там, прежде чем разойтись по комнатам, Катарина успела шепнуть:

— Приходите ко мне к восьми. Помянем жизнь былую, — и заговорщицки подмигнув, первой скользнула за дверь.

Стоило мне появиться в покоях, как угодила в проворные и цепкие руки своего персонального ада. Жасон, мой стилист, сгорал от нетерпения примерить на меня платье для завтрашнего бала.

Вообще, потребовалась бы целая орава портных, чтобы успеть сшить его в столь короткий срок, но здесь помогала особая магия, которую использовали мастера и держали в секрете. Как итог — еще вчера у нас имелся лишь набросок, а сегодня примерка для последней подгонки.

Платье, как и хотел стилист, выглядело легким, несмотря на пышную юбку. Вместо привычного плотного шелка верхние воланы и складки забраны из легкой органзы и тонкого кружева. Цвет топленого молока придавал нежности и мягкости образу.