— Вышагивай из них.

Его рука была прижата к ее голой спине, удерживая над креслом. Она подняла ноги и услышала, как он отшвырнул джинсы в сторону. Шейд надавил ей на спину сильнее, тем самым заставляя ее задницу подняться выше.

— А теперь я дам тебе то, чего ты хочешь. Я не могу взять тебя сильно, потому что внутри тебя металлические шарики, но позже займусь этим жестко… после того, как дам тебе отдохнуть.

Лили почувствовала, как он скользнул рукой по ее киске.

— Ты вся мокрая, ангел. Такая влажная. Все, что мне нужно сделать, это дать тебе мой член.

Он медленно, сантиметр за сантиметром, вводил в нее свой член, заставляя шарики тереться о стенки киски, пока медленно трахал ее. Потребовалось всего несколько толчков для того, чтобы она испытала оргазм, заставивший ее выкрикивать его имя. Пальцами он нашел ее клитор и стал потирать его, продолжая скользить своим членом внутрь и наружу. К тому времени, когда он привел ее ко второму оргазму, она только шептала его имя. Когда Лили уже не могла двигаться, он поднял ее на руки, отнес наверх в душ и включил воду.

— Мне очень нравится этот душ, — сказала она, когда он подтолкнул ее к скамейке в душе.

Он подвинул ее к краю скамьи, и, проникнув пальцами внутрь нее, вытащил оба шарика. Положив их в маленький пластиковый красный контейнер, он захлопнул его.

Затем он поднял ее со скамейки и вымыл. Они не торопились, после вышли и вытерлись. Лили уснула еще до того, как ее голова коснулась подушки. Шейд скользнул в постель рядом с ней, натянув на них одеяло. Он перевернулся, чтобы выключить лампу на прикроватной тумбочке, и его внимание привлекло что-то яркого цвета.

Приподнявшись на постели, он протянул руку и взял предмет. В его руке лежала красная резинка.

— Нервничаешь? — спросила Бет.

— Да. Мне кажется, что меня сейчас стошнит, — ответила Лили. — Я одновременно и взволнована, и напугана. — Она повернулась к сестре. — Что, если я их не узнаю? Мне было всего восемь лет. Я буду чувствовать себя ужасно, если не узнаю их.

Лили находилась в своей гостиной. Шейд пошел встретить Сойер и Виду с их мужьями и привести к ним домой. Он не хотел, чтобы первая встреча подруг состоялась сразу после вчерашнего возвращения из полицейского участка, поэтому настоял подождать до следующего дня, чтобы устроить воссоединение в менее напряженной обстановке. Лили была рада, что послушала его. Она не хотела, чтобы что-то омрачило этот момент.

Шейд пришел в сопровождении двух женщин и мужчин и закрыл за ними дверь.

Она узнала Колтона из закусочной, когда он представился, но все ее внимание было приковано к двум девушкам. Лили встала, когда они вошли в комнату. После представления все трое какое-то время стояли глядя друг на друга, а в следующее мгновение они уже обнимались и плакали. Потребовалось некоторое время, прежде чем кто-то из них смог хоть что-то сказать.

— Мы думали, что ты умерла, — сказала Вида, смахивая слезы.

— Ты такая красивая, — отметила Сойер.

— Я так переживала, что не узнаю вас, но вы не так уж сильно изменились. Сойер, я узнаю твой нос и волосы. Вида, твои волосы и лицо почти не изменились. Вы именно такие, какими я вас запомнила. Я так боялась, что не узнаю вас.

Трое подруг разместились вместе на диване, разговаривая и расспрашивая о всех тех вещах, о которых друзья болтают каждый день.

Бет после того, как Лили их представила, находилась с мужчинами на кухне.

— Мы обе решили остаться жить в Квинс-Сити даже после нашей клятвы не делать этого, — смеясь, сказала Вида. — Я не могла заставить себя уехать, а у Колтона там свой тату-салон. Я тоже нашла работу, поэтому мы купили дом.

— А я поступила в кулинарную школу. Мне хотелось путешествовать, но после нескольких месяцев поездок в гастрольном автобусе, я решила, что могу узнавать о разных кухнях так же, как это делают все остальные — на занятиях или с помощью кулинарных книг. Когда мне хочется отправиться в путешествие, мы можем проехаться несколько концертов с группой. Через несколько недель мы будем в Лексингтоне. Ты должна приехать.

Лили слушала, наслаждаясь проведенным с ними временем. Позже к ним присоединилась Бет, и каждая по очереди рассказывала ей о разных авантюрах, в которые они попадали в детстве.

Сойер и Вида, не отрываясь, постоянно заглядывали ей в глаза.

— Почему вы так смотрите? Неужели я так сильно изменилась? — с любопытством спросила Лили.

— Нет, — ответила Вида, взяв ее за руку. — Ты не изменилась. Именно по ним мы узнали тебя на фотографии Пенни, — указала на ее глаза Вида. — Мы заходили к ней сегодня утром. Она сильно злится на «Хищников». Когда мы сказали ей, что ничего не знали о том, что они затевали, она нам поверила. Пенни сказала, что хочет остаться здесь на несколько дней, чтобы понять, хочет ли она все еще сохранить за собой работу.