В ушах зазвенело, а в висках запульсировало от того, насколько холодно папа обратился к своей сожительнице.

– Но…

– Мне нужно поговорить с дочерью, - продолжал, когда я посмотрела на него, ощущая, как сердце в груди набирает обороты, - наедине. Это семейное.

Вера со крипом зубов поднялась и кинула салфетку на стол. По ее резким движениям стало ясно, что папина просьба привела ее в жуткое негодование, но женщина ушла.

– Рассказывай, что произошло?

Отец откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, показывая всем видом, что отказов не принимает. Внутри мгновенно скопился страх. Нельзя ему рассказывать о том, что мама подняла на меня руку. Не хочу еще больше стравливать их на ругань, а отец непременно проявит инициативу, но разговаривать с мамой им сейчас не нужно, особенно по такому поводу.

– Адаптация в лицее проходит не очень.

Закивала и уперлась взглядом в тарелку, ощущая, как стремительно за ребрами набирает обороты мое сердце. Дурно становится от того, насколько быстро кровь бежит по венам.

– Я не понимаю рвения твоей матери, - хмуро произнес папа, - она создает еще больше проблем. Что в лицее не так?

Пришлось поднять голову и заглянуть родителю в глаза. Я волновалась. Не любила врать. И да, мне хотелось пожаловаться ему на маму. Сказать, как мне обидно и больно от того, что они с нами делают, только я проглотила все эти чувства вместе со слюной. Тяжелый выдох непроизвольно вырвался из груди.

– Там все богатенькие, - совсем тихо начала, а папа еще больше хмурился, не сводя с меня взгляда, - я для них не такая. Одета не так. Говорю не так. Выгляжу не так.

– Тебя обижают? Что они делают?

Я открыла рот, чтобы выдать правду, но замерла. Что отец скажет на то, как я добровольно получила наказание за Бойцова.

– Все нормально. Просто… Слишком много навалилось в последнее время.

Я отложила ложку в сторону, теряя аппетит, а папа потер переносицу, тяжело дыша. Разговор был максимально неловким для нас обоих. Я тут же вернула взгляд к пище, которая теперь вызывала лишь отвращение. Сердце потихоньку сбавляло обороты, и тут раздался скрип. Папа поднялся и подошел ко мне. От неожиданности подскочила и тут же была припечатана к его груди. Он прижимал меня к себе и гладил по спине горячими ладонями. От эмоций я не смогла спрятаться. Глаз тут же увлажнились, и я крепко обняла отца, содрогаясь от тихих всхлипываний.

– Я могу остаться дома?

Глупо, конечно, спрашивать. Наверняка мама уже подняла всех на уши из-за того, что я не брала трубку и не выполнила своих обязанностей, только в данный момент мне было все равно. Плохо. Понимала, что веду себя плохо, но не хотела ее видеть после того происшествия.

– Мать в курсе, где ты?

Я вся сразу напряглась от его вопроса, словно к спине плаху прибили. Слова застряли в горле, и я лишь отрицательно качнула головой, на что папа усмехнулся и кивнул.

– Сама позвонишь? Или мне?

– Лучше ты.

Просипела, отстраняясь, и вытерла щеки ладонями, избегая столкновения взглядами. Стало неловко от своей просьбы. Да, я и сама не ожидала, что напрошусь остаться у отца.

– Хорошо.

– Правда? Я могу остаться?

Глаза расширились от того, насколько папа спокойно произнес эти слова. Он еще раз утвердительно кивнул и улыбнулся.

– Чай будешь? Там только овсяное печенье. Если бы знал, что ты придешь, то купил твой любимый десерт.

Я еле сдержала обжигающие слезы и вынудила себя улыбнуться. Сейчас на контрасте с мамой папа казался настоящим ангелом, вот только семейную обстановку нарушила его Верочка, которая постучала в дверь и бесцеремонна вошла в помещение.

– У себя в комнате попью.

Сказала ему и быстро отошла к гарнитуру, открывая шкафчик и хватая свою любимую кружку с котиком. Автоматически налила чая и схватила пару печенюшек после недолгих раздумий. Верочка тем временем что-то нашептывала папе на ухо, и пришлось проскочить мимо. Меня всю потряхивало от пережитых эмоций, и я с облегчением смогла вздохнуть лишь у себя. В знакомой, такой до боли родной обстановке. Медленно подошла к кровати и села на край. Запихала в рот практически всю печеньку и замерла, осознавая степень катастрофы. Папа позвонит маме, но от этого я в старую школу не вернусь, и завтра мне придется снова идти в лицей, где я точно столкнусь с недовольной матерью. Несколько крошек упали на платье, потому что я так и сидела с приоткрытым ртом, не прожевывая овсяную печенюшку. Головой дернула и усердно заработала зубами, когда из коридора послышался голос отца, и судя по повышенному тону, разговаривал он с мамой.

Глава 14

POV Арина

После того, как беседа родителей подошла к концу, я долго сидела неподвижно и ждала. Не знаю, чего именно. Может того, что папа войдет в комнату и скажет выметаться из квартиры. Или нагрянет мама и начнет орать на меня. Только минуты бежали, а меня никто не спешил тревожить. Сердце постепенно сбавило обороты и принялось перекачивать кровь в привычном режиме. Я допила уже остывший чай и, даже не скинув с себя одежду, уснула на кровати в неопознанной позе. Утро началось со стука в дверь. Я с трудом разлепила глаза и увидела улыбающегося отца, который в столь ранний час уже был при параде.

На миг мне показалось, что все происходящее последние дни было страшным кошмаром, и все на самом деле хорошо, но, пожелав доброго утра, я присела на постели и поняла, что мне ничего не приснилось. Я все еще пребываю в той жестокой реальности, где быть совершенно не хочу. Я с трудом привела себя в порядок, проведя в ванной чуть ли не полчаса. Прекрасно понимала, что мне придется ехать в лицей и увидеться с мамой.

– Завтракай, и я отвезу тебя в школу. – Тон отца был позитивным и бодрым, когда я вошла в кухню. – Плохо спала?