Виски все же подливаю, но совсем чуть-чуть. Выпиваю их одним глотком, а после направляюсь в душ.

Пятницу провожу скучно. Но я уже привык жить, невзирая на дни недели. У некоторых есть выходные, праздники. У меня же вечные будни. Работа и сон - основные составляющие моего графика за последние несколько лет. Привычка.

На Леру не давлю с дизайном. Уверен, она сделает наброски и сама позвонит. Конечно, не мне, а Алисе. Но я всегда рядом, наматываю круги и жду. Последнее я умею лучше всего. Я терпелив, расчетлив, хладнокровен и... бесчувственен. Внутри лишь пепелище, на котором ничего не смогло вырасти.

Еще двести грамм виски помогают забыться сном, пусть и беспокойным. Мелькают обрывочные образы, чувствую запахи: солёный и горький - крови и лекарств, в ушах звенит женский крик и детский плач. Протяжно, с надрывом...

Из этого кошмара меня вырывает телефон. Нащупываю на тумбочке телефон и, посмотрев на экран, сдвигаю слайдер.

– Да, - говорю в трубку.

– Глеб, дорогой, - слышу хриплый голос Вахтанга.
– Не хочешь осмотреть заводик? Я как раз здесь с рабочими,

У этого человека хоть когда-то бывают выходные? Такое впечатление, что он пашет больше меня.

– Скоро подъеду, - взяв свободной рукой наручные часы, смотрю на время.

– Захвати мне шаурму. Жрать хочется так, что мозги не работают.

– Оформи доставку, - рявкаю я.

Тоже мне, курьера нашел. Да и что это пристрастие у него такое - шаурма? При тех деньгах, что он зарабатывает. Но Вахтанг с утра поднял мне настроение, и я даже забыл, какой бред мне снился ночью. Иду в душ, чтобы смыть остатки ночного наваждения. Я давно научился управлять собой, не позволять призракам прошлого терзать меня изнутри... Я помню первые недели и месяцы, как страдал, пытался утопить себя в алкоголе и самобичевании. Потом понял, что так дело не пойдет. Помнить - я помню, все до мелочей, Но загонять себя не выход,

Я протрезвел, сжал кулаки, поднялся с колен и стал тем, кем стал. Возможно, бессердечной скотиной, как меня иногда называли, но мне нравятся другие эпитеты,

Встреч на сегодня больше не запланировано, поэтому для визита на завод надеваю джинсы и футболку, Костюмы за неделю надоели до чертиков.

Вахтанг быстро организовал работу по перестройке завода, Это не промышленный гигант с опасным производством, так что справимся, Пока Вахтанг занимается оборудованием, Алиса набирает персонал, Все четко и по плану, Как я люблю,

Возле проходной оставляю машину и вскоре останавливаюсь на контрольно-пропускном пункте.

– Простите?
– выходит из будки охранник,

– А Вахтанг уже и охрану организовал, - качаю головой с одобрением.
– Оперативно. Глеб Карелин,

– представляюсь, и паренек тут же начинает суетиться.

– Глеб Сергеевич, - пропускает меня через турникет, - Вахтанг Нур„, Наз... Нузи...
– охранник мнется и краснеет, забыв отчество.

– Нугзарович, - подсказываю я.

– Да, он на втором этаже в левом крыле,

Я киваю и иду в указанном направлении. Голос Вахтанга слышно еще на лестнице, так что не заблужусь. Надеюсь, он уже съел шаурму и доволен жизнью,

– Ты чего разорался?
– спрашиваю, останавливаясь за его спиной.

– Глеб!
– радуется он.
– Да это здание проектировал какой-то обкуренный архитектор. Я уже не знаю, что придумать, чтобы оно было похоже на конфетку,

– Конфетку, говоришь...
– протягиваю задумчиво.

Кажется, все складывается само по себе. А я уже прикидывал, как ненавязчиво упомянуть про ювелирный заводик. Да еще и заинтересовать.

На все гениальное просто, И снова я останусь в тени,

– Вахтанг, дорогой, - широко улыбаюсь, - я тебе дам контакт хорошего дизайнера. Она с заводами, конечно, не работала, но, возможно, поможет твоей скудной фантазии исправить ситуацию.

На мой "комплимент" Вахтанг даже не реагирует. Потирает подбородок, осматривая стены, а потом выдает:

– Ну давай попробуем. А пока пойдем покажу план,

До вечера мы сидим в пустом кабинете. Я слушаю Вахтанга, вношу кое-какие дополнения, правки, С нами на телефоне периодически еще несколько человек, которые помогают с рабочими вопросами.

Наконец Вахтанг отрывается от бумаг и говорит:

– А поехали, Глеб, отдохнем, Ужин, коньяк и горячие цыпочки.

– Не хочу, - откидываюсь на деревянном стуле.

– Ты в затворники, что ли, подался?
– закатывает глаза, - После такого продуктивного дня не грех и отдохнуть, Мой брат открыл недавно клуб...

– Клуб?
– усмехаюсь я.
– Я стар для клубов Ты, кстати, тоже.

– Я грузин, дорогой. Сорок пять для нас не возраст. Да и от клуба там одно название. Скорее дорогостоящее заведение для любых занятий.