– Глеб, ты здесь? Или на жаре в Дубае расплавился?
– снова доносится до меня голос Вахтанга.

– Слушай, ты что хочешь?
– начинаю злиться.
– О погоде со мной поговорить?

– Дорогой, на меня этот тон не действует. Ты завтра на встрече по заводу будешь? Или мне самому все решать?

– Кстати, - глядя через окно зала ожидания на взлетающий самолет, спрашиваю у этого грузинского лиса, - а почему за неделю ты не прислал мне ни одного отчета? Что там с запуском цехов, успеваем ли по графику, решается ли вопрос с набором персонала?

– Эй, начальник года, - усмехается Вахтанг, - ты еще забыл спросить про дизайн и магазин, - и, не дав мне снова повысить голос, добавляет: - Давай завтра с нами на встречу, там пиарщик будет.

– Ладно, у меня пересадка в Питере, но к вечеру должен успеть. Сбросишь мне время и место в смс. Мы прощаемся, а я снова смотрю на зависший значок непрочитанного сообщения.

Да что проще - открыть, прочитать и закрыть? Будь на месте Леры другая, уже бы полетела в черный список. А тут как будто издеваюсь над собой. Не могу. Не хочу. Пусть лучше думает, что я просто недосягаем.

Не думал, что когда-то мне снова придется проходить через подобные ощущения. Прокручивать постоянно в голове встречи, рвать себя изнутри, думать, что могло бы быть, если бы...

Дурак, ничему жизнь не учит. Седина в бороду, а бесы все равно просятся в ребро. Вроде как из него бог как раз и создал женщину? Вот и ответ. Где женщины - там беда. Особенно если эта женщина чужая.

Помнится данный факт Костю не остановил. А вот я застопорился. Все-таки повзрослел? Лет десять назад я бы поступил иначе? И поцелуй в машине закончился бы сексом на заднем сидении? Бля, я на несколько секунд проваливаюсь в мысли и отчётливо вижу эту картину - длинные, стройные ноги, одну из которых Лера закинула на меня той ночью, проведённой рядом как брат с сестрой, на мои плечах. Голые, И ноги и плечи. И мы с чужой женой в машине. Я наматываю ее волосы на пальцы и ощущаю жар женского стона на своей щеке...

Нет, такого бы не было. Потому что Лера не такая. И ей я готов простить еще сотню пощёчин. За дело, разумеется.

В самолете я неожиданно отключаюсь - загнал себя переговорами с арабами. И я даже готов был остаться, если бы не очередной объект в городе, который я хотел перекупить. Мог бы и Вахтанга попросить, но решил, что тогда достанется на грузинском не только рабочим.

В Питере приходит ежедневный отчет от Алисы. Пролистываю, разглядывая фотографии счетов - ничего интересного. Но снизу приписка от моей сдержанной помощницы с кучей восклицательных знаков ''позвоните мне".

Устроившись в очередном зале ожидания, набираю номер, несмотря на позднее время, и после первого же гудка слышу:

– Да, Глеб Сергеевич!

– У нас пожар, потоп? Стены рушатся? Или садовник криво куст постриг?

– Эта девушка... Валерия...

Неосознанно сжимаю руку в кулак и довольно резко спрашиваю:

– Что с ней?

– А она не наркоманка там какая-нибудь?
– подозрительно спрашивает Алиса.

Мне сразу даже кажется, что я ослышался. Моя помощница еще не в том возрасте, чтобы считать всех, кто младше на пару десяток лет, проститутками и наркоманками. Поэтому я аккуратно интересуюсь:

– Откуда такие мысли?

– Да ее неделю не было, говорит, что болела. Потом появилась какая-то бледная, с кругами под глазами. Два раза почти в обморок свалилась. Я уже хотела скорую вызывать. Сама чуть инфаркт не схватила. Хотя...
– задумывается помощница.

В голове проносится вихрь мыслей, поэтому я машинально поторапливаю Алису:

– Что?

– У меня просто такое было, - отвечает она слегка задумчиво, - в первом триместре, когда токсикоз мучил...

Осознание того, что моя помощница имеет в виду, моментально выводит меня из себя.

Так, мне определенно надо выпить. Точно получается какой-то замкнутый круг. Только в этот раз женщина другая. И я от нее отказался, чтобы не пострадала именно она. Не заслуживает проходить все круги ада.

"Еще скажи, что счастья ей желаешь", - язвит внутренний голос.

А вот и желаю. Только вот точно не с таким козлом, как Костя.

– Я разберусь, Алиса, - говорю с трубку и сбрасываю вызов, снова глядя на значок сообщения. Открываю, ожидая чего угодно, но вижу лишь два текстовых сообщения приветствия, остальное - эскизы украшений.

Беру в ресторане аэропорта виски и увеличиваю картинки, жадно рассматривая каждую деталь, как будто так могу прикоснуться кЛере. Словно это созерцание даст мне понять, о чем она думает. Чего хочет.

Я чертов мазохист!

Но при этом вижу, как последние рисунки более агрессивны по сравнению с предыдущими. Линии жестче, преобладает массивность, тяжесть, будто у Леры было плохое настроение, когда она это набрасывала.

Но красиво. Очень. Сильные работы, с характером.

Объявляют рейс, без задержек, слава богу, И вскоре я уже лечу в родной город.