Шрифт:
– Тебя наняли делать дизайн ювелирного завода?
– останавливает меня вопрос Кости, когда я уже собираюсь уйти.
– Да, - отвечаю честно.
– А ты в курсе, кто его новый хозяин?
– Я общалась с Вахтангом, он там всем заправляет, - и я ведь не вру.
– Но он не владелец. А владелец Глеб Карелин, тот самый, кто заявился на нашу свадьбу без приглашения, - слышу в голосе мужа раздражение.
– И что?
– без эмоций интересуюсь я.
– А то, что он опередил меня, купив завод. Я тоже собирался. И готов поспорить, он сделал это специально.
– Почему?
– Потому. Карелин хочет мне насолить.
– Почему?
– повторяю я вопрос.
Костя хмурится и качает головой.
– Мне не нравится, что ты по факту работаешь сейчас на него. Я же просил тебя держаться от него подальше!
– произносит нервно, а я злюсь:
– Я должна отказаться от крупного заказа, не зная при этом уважительной причины?
И это Костя еще не знает, что я и дом Глеба обустраиваю.
– Моего мнения тебе не достаточно?
– Так ты мне его так и не озвучил!
– рявкаю я, чем вызываю у Кости удивленное выражение лица.
– Может, ты мне нормально объяснишь и расскажешь, что у вас произошло?
– Тебя это не касается,.
– бросает он, уставившись на экран телефона.
– Ну тогда и тебя не касается, на кого я работаю.
Повисает тишина, и только когда я уже спускаюсь, слышу в спину грозное:
– Лера!
На лестнице хватка на руке, не успеваю даже обернуться... и лечу вниз.
Глава 26 Лера
– Валерия, вы меня слышите?
Чужой мужской голос разрывает тишину. Я резко открываю глаза. Зря. Яркий свет отражается от белоснежного потолка и вызывает боль в глазах. И не только в глазах. Тело ноет, а голова буквально раскалывается.
Я лежу, судя по всему, в больничной палате. Рядом со мной стоит врач, в ногах кровати Костя.
– Как вы себя чувствуете?
– ласково интересуется мужчина в медицинском костюме.
– Голова болит... А что произошло?
– сипло спрашиваю.
И тут же начинаю вспоминать. И воспоминания мне совсем не нравятся. Ссора с мужем, я бегу вниз, Костя меня догоняет, а готом... Я лечу вниз - и темнота.
– Вы упали с лестницы, - отвечает врач, - переломов нет, небольшие ушибы. И сотрясение. Вот из- за последнего я и рекомендую вам полежать у нас пару дней. Сделаем вам анализы, заодно и вы отдохнете...
– улыбается, ободряя меня.
Перевожу взгляд с врача на мужа, это обычное действие сопровождается ужасной болью.
Костя стоит и нервничает. Глаза испуганные, а поза напряжённая.
«Господи, а ведь я могла и шею сломать», - проносится в голове.
От невеселых мыслей меня отвлекает отвратительный звук, отдающий почти набатом в голове. У врача в кармане рубашки начинает что-то пищать, и он спешит нас оставить, заверив, что вскоре снова заглянет ко мне.
– Лерочка, - слишком уж громко обращается ко мне муж, и боль лишь усиливается, - я так испугался, господи!
– Это... ты меня толкнул?
– сама не понимаю, что спрашиваю. Кажется, голова не только болит, но и соображает плохо.
Как я могла такое предположить?
– Любимая, ты что?
– лицо Кости вытягивается от испуга и удивления.
– Я бы никогда, ты же знаешь. Я, наоборот, схватил тебя за руку. Толкать мне бы даже в состоянии аффекта в голову не пришло...
Виноватые нотки в его голосе есть. Но здесь я вспоминаю, как и что произошло. Действительно, он схватил меня за руку, а я... Споткнулась? Не устояла на каблуках на краю лестницы?
От мыслей становится только хуже.
– Я хочу спать, - шёпотом произношу я, и муж тут же покидает палату.
Почти сразу же ко мне заходит медсестра и делает укол. Спасительный, после него я проваливаюсь в сон.
Пара дней затягивается. В больнице я провожу пять. Анализы, исследования... ничего страшного у меня не находят. Сотрясение проходит без последствий.
Первые дни голова продолжает болеть, так что работать я не могла. Сосредоточиться не получается. Так что я расписываю задания для вернувшихся из отпуска сотрудников и отписываюсь всем клиентам, что болею.
Глебу в том числе отправляю сообщение. Говорю себе, что не стоит мешать личное с профессиональным. А как работник, я обязана предупредить его о своей временной нетрудоспособности. От него, единственного, ответа я не получаю. Дублирую сообщение Алисе и Вахтангу.
Как только меня выписывают, я пытаюсь вернуться к работе. От напряжения голова снова болит, спасением мне становятся обезболивающие, прописанные врачом. Но ничего, кроме эскизов украшений, я делать не могу. Их я рисую на новом планшете как сумасшедшая. И очень хочу поделиться рисунками с Глебом.