Я задумалась и вспомнила диалог, случившийся между мной и братьями Данн по пути в Подгорный город:

“– И что же, в городе правда мирно сосуществуют бок о бок Неуязвимые с Уязвимыми? – мой вопрос.

– Правда. Вот только Уязвимых среди горожан значительно больше, чем Неуязвимых, – ответ Конана.

– Поэтому вы сейчас стараетесь приводить в город именно Неуязвимых?

– Поэтому, – отвечая так он слегка нахмурился.

– Плюс никто не хочет связываться с замаравшимися трапперскими делами Уязвимыми, – к нашему диалогу присоединился Айзек. – Преступность в городе никому не нужна и строго пресекается.

– Вот как? – я перевела своё внимание на младшего Данна. – И каким же образом?

– Изгнанием.

– Ну хотя бы не казнью.

– Думаешь, изгнание гуманнее? Некоторые изгнанные, из тех, которых я видел, предпочитали пулю в лоб.

– И ты им её предоставлял, – скорее утвердила, а не спросила я.

– Мы продвинутые. У нас нет пуль”.

Я буквально вывалилась из отверстия вентиляционной шахты в коридор, из которого мы с Лив стартовали, что было не очень осмотрительно с моей стороны – нас могли услышать и заметить даже в тупике. К нашему счастью, здесь никого не оказалось. Лив выскочила из шахты вслед за мной, стоило мне только подняться на ноги. Оказавшись на полу, сестра начала поспешно приделывать вентиляционную решетку обратно к стене.

– Не ходи к Конану! Слышишь?! Он точно заодно со своим дедом! Айзек их главная оппозиция. Если к кому-то и нужно идти – это к младшему Данну. Да, на первый взгляд он дикобраз, но каким ему ещё быть зная, чем занимается его семья?! Я уже прозондировала почву: с Айзеком у нас точно получится разобраться во всём. На девяносто девять процентов. Обещаю, – резко вскочив на ноги, сестра вдруг схватила меня обеими ладонями за правую руку. – Пошли со мной.

– К Айзеку?

– К Айзеку.

– И что потом? – она не нашла, что ответить мне на этот вопрос – в ответ от неё до меня долетело только безумное мигание растерянных детских глаз. – Возвращайся в апартаменты и не высовывайся из них до тех пор, пока я не вернусь.

– Джекки… – Она вдруг прижала мою руку к своей груди. Это движение, почему-то, вызвало у меня раздражение. Я резко вырвала свою руку из её сдавливающей хватки:

– Делай, как я говорю.

Глава 33

“Люди – это ресурсы”, – цитата Айзека, сказанная им на пути к Подгорному городу.

“Точный учёт населения ведёт городской совет. У них каждый дышащий и прекращающий дышать на счету”, – цитата Конана, сказанная им на пути к Подгорному городу.

“Как бы это цинично ни звучало, но рассмотрите жителей Подгорного города, как невосполнимый ресурс, и вы поймёте, насколько они бесценны”, – цитата Ригана Данна, сказанная им в Подгорном городе.

Три столпа. Один прогнил наверняка, до основания, и скоро рухнет. Который из двух остающихся после него устоит, а который нырнёт за ним вслед?

Остановившись напротив апартаментов Конана, я уже хотела постучать в дверь, когда поняла, что запыхалась от быстрой ходьбы. С минуту отдышавшись в кулак, я, более-менее восстановив дыхание, наконец осуществила три контрольных постукивания костяшками пальцев. Дверь была плотной, так что шагов владельца апартаментов я не слышала. Конан открыл дверь резко, будто желал спугнуть гостя.

– Я соскучился, – с этими словами он обхватил меня одной рукой за талию, после чего уверенно перетащил через порог и закрыл за моей спиной дверь.

Ловко выскользнув из его хватки, я, не глядя на него, отправилась к креслам, стоявшим у панорамного окна:

– Меня не было меньше часа.

– Хочешь сказать, что ты по мне не успела соскучиться? Не поверю. Иначе бы ты ко мне так быстро не вернулась. Где ходила? Видела Лив с Кеем? Будешь воду или чай?

– Чай, – я выбрала второй вариант, так как он готовился дольше, а мне необходимо было время, чтобы собраться с мыслями.

Опустившись в кресло и уставившись взглядом в панорамное окно, за которым преждевременно разлилась тьма, вызванная неблагоприятными погодными условиями, я занялась собранием своих беспокойных мыслей, а Конан занялся приготовлением чая. Вдруг я увидела лежащую на подлокотнике своего кресла монетку. Старая и окислившаяся – деньги павшего от Атак мира. Я взяла находку в левую руку и стала ловко, и даже в какой-то степени гипнотизирующе перемещать её между пальцами. Присущее моему темпераменту хладнокровие начало постепенно преобладать над эмоциями, а значит входить в норму. Вовремя. Потому что уже скоро в кресло слева от меня опустился Конан. Он поставил одну чашку с горячим чаем на журнальный стол и пристально посмотрел на меня. Я заметила, как он отреагировал на мой отстранённый взгляд – едва заметно повёл своими широкими плечами.