Я сконцентрировалась на том, как зверь поднимает свои лапы. Жизнь с оборотнями дала мне несколько подсказок. Во время охоты главное отличие между кошками и собаками исходит из длины и формы их запястных костей. Кошки могут повернуть лапу подушечками кверху, а лапа собаки всегда направлена подушечками вниз. Этот факт инструкторы-оборотни неизменно вбивают в голову своим ученикам во время тренировок боевой формы. Гибкая лапа дает кошачьим преимущество подавить свою добычу после того, как они ее настигли. В этом состояла разница между хищником-засадником и стайным охотником. Сейчас передо мной стоял хищник-засадник. Он будет махать лапами и пускать в ход когти, а его зубы и челюсти говорили о том, что он может с легкостью прокусить мой череп. Мне нужно обращаться с ним, как с ягуаром.

К счастью, у меня есть опыт в сражении с ягуарами.

Монстр приблизился еще на шаг. Как только его лапы коснулись земли, оранжевая шерсть вдруг стала зазубренной. Что-то новенькое!

Еще шаг.

Это не шерсть. Существо было покрыто острыми оранжевыми чешуйками, и они поднимались дыбом, как шерсть у собаки. Они выглядели такими же толстыми, как раковины у мидий. Итак, оно большое, с крыльями, кошачьего телосложения, и в броне. Мой список возможных вариантов только что резко сократился. Учитывая мое обычное везение, оно еще окажется огнедышащим.

Может это дракон? Кто-нибудь водоплавающий? Для этого он выглядел слишком кошачьим. Не то чтобы я встречала много драконов. Единственный дракон, которого я видела, медленно разлагался, так как был немертвым, и по размерам он напоминал огромного тираннозавра и с явными очертаниями черепа как у рептилии. Существо передо мной было млекопитающим.

Никаких слов силы. Никакой тяжелой магии. Только не с Хью на расстоянии двух сотен ярдов. Он знал, что я искусно владею мечом, но мои магические способности оставались для него загадкой, и я собиралась держать их в секрете как можно дольше. Может настать такой момент, когда моя неожиданная магия станет решающим фактором между жизнью и смертью.

Существо внимательно смотрело на меня своими ярко-голубыми глазами. В его зрачках непрерывно горели холодные огоньки. Зверь выглядел голодным. Только хотелось ему не еды, а насилия. Он явно не падальщик, и с огромным наслаждением охотится на живых.

Проверим, насколько ты умен.

— Можно как-то ускориться? Мне еще на ужин возвращаться.

Зверь сложил на спине свои деформированные крылья и сорвался с места.

Он меня понимает. Очень плохой знак.

Существо с горящими глазами и обнаженными клыками бежало ко мне, набирая скорость и быстро сокращая дистанцию короткими прыжками.

Каждый животный инстинкт во мне кричал «Беги!». Но я твердо стояла на ногах. Это кошка. Она наброситься в конце.

Прыжок, прыжок, прыжок.

Бросок.

Это был великолепный бросок, приводимый в движение стальными мышцами звериных ног. Оно летело ко мне с растопыренными когтями и лапами, нацеленными на убийство.

Я нырнула вперед и вниз, повернувшись в процессе, чтобы оказаться под существом. Большая часть животного оказалась на мне, и я вонзила погибель ему в пах. Кровь брызнула на мое лицо и рот. Зверь закричал.

Я прижалась к его левой ноге, пытаясь не дать ему выпотрошить меня, вцепилась покрепче и протащила Погибель через его внутренности. Существо взвыло и ударило меня правой задней ногой, пытаясь распороть. Когти разодрали платье. Бок пронзила резкая боль. Ай. Как же это больно. В следующий раз, когда мне скажут надеть платье вместо кожи, я засуну им его в задницу.

Я снова ударила, втыкая Погибель еще глубже. Кровь полилась еще сильнее горячим потоком. Существо уже должно было упасть, но этого не происходило. Оно снова нанесло удар, и я снова взболтала мечом его внутренности. Умри уже наконец.

Магия обожгла мой бок, будто кто-то взял горсть льда и закинул прямо в порез. Моя кровь распознала захватчика и отреагировала, избавляя меня от него. Lyc-V. Эта чертова зверюга — оборотень.

Его ускоренная регенерация означает, что он не может истечь кровью. Моих ударов недостаточно. Я должна добраться до жизненно важных органов.

Я перерезала сухожилие на его левой ноге.

Зверь кинулся вперед и поволок меня за собой. Я резанула еще раз, пытаясь покалечить его, затем отпустила, перекатилась и вскочила на ноги. Следующие полсекунды зверь стоял спиной ко мне, поэтому я прыгнула на него сверху, как раз между крыльями, схватила его за шею и перерезала горло. Лезвие погибели соскочило с чешуи, едва повредив кожу. Дерьмо. Это должно было сработать. Существо замедлилось. Я сдернула с шеи цепочку, накинула ее зверю на горло и вставила Погибель в петлю.

Зверь взревел, когда серебро коснулось пореза. Вот, подавись!

Я повернула Погибель, превращая цепочку в самодельную удавку. Мой бок горел так, будто кто-то пытался поджарить меня живьем.

Зверь задрожал, издавая булькающие звуки, пока цепочка проникала все глубже в порез. Я держалась что было сил. Упасть — значит умереть. Существо дернулось влево. Я выставила левую ногу за мгновение до того, как мы врезались в стену. А затем повернула Погибель еще на пол-оборота, молясь только о том, чтобы мои окровавленные пальцы не соскользнули.