– Не знаю. Вы удивляетесь?

– Но так перемениться за одну ночь...

– Удивляетесь? В наш век?..
– спросила Клотильда и пошла на эстраду.

Разговор с Комбье-отцом ничего не дал Франку. В этом помощник откровенно признался Бертье:

– Крепкий орех!

Комбье-отец спросил:

– У вас ордер на допрос и на арест, господин сыщик?

– Дело касается вашего сына, - сказал Франк.

– И что? У него проявились способности. От природы. Сначала она отобрала у Мишеля все. Потом возвратила сторицей. Нераскрытые способности мозга.

Бертье, усмехнувшись, кивнул.

– Да, шеф, - сказал Франк.
– С того же голоса.

– Продолжайте, - попросил комиссар.

– Больше я узнал от швейцара. Швейцары - это такой народ... Перед ними проходит не только жизнь дома, но и улицы. На улице же случается всякое. Швейцар всегда настороже.

– Франк...

– Знаю, шеф. Это элементарно. Так вот, швейцару я показал свой жетон, спросил: "Худой старик в черной шляпе?"

Швейцар кивнул.

– Рыжий?

– Глаза у него рыжие.

– Глаза?
– переспросил Бертье.

– Глаза.

– Не исключено, что глаза...
– согласился Бертье.
– А тут, Франк, - наклонился к столу, - опять "Ирабель".

– Двадцатый случай?

– Двадцатый. Пора делать выводы.

Последовала короткая пауза. Франк не решался говорить первым. Заговорил Бертье:

– Коммерция, Франк. Имеем дело с преступником, который похищает человеческое сознание: опыт, талант. Превращает в товар. Двадцать человек, Франк!

Лицо помощника передернулось.

– И это, оказывается, возможно! Взять у одного - продать другому. Есть товар, - продолжал Бертье, - находятся покупатели. Мишель, Клотильда - дефективные дети. Несчастье и боль родителей. И когда им, родителям, предлагают товар - кто устоит ради судьбы собственного ребенка? Поэтому и неразговорчивы Комбье-отец и Флоранс-мамаша. Все сделано втайне, и родители поклялись сохранять тайну.

– Только в "возможностях мозга"...

– Да, Франк, - подтвердил Бертье.
– Это наводит на след. Имеем дело с ученым. Со злым ученым, Франк. Наука тоже может быть злой, отметьте. И пора положить конец преступлению.

В последующий час Бертье и его помощник Франк вырабатывали план действий.

Остановили машину за два квартала до кинотеатра "Ирабель". Только что им позвонили, что подозрительный субъект в зале.

– Все помните, Франк?

– Все, шеф.

– Идите.

Франк пошел вперед. Бертье еще некоторое время посидел в машине. Поднялся и тоже пошел к кинотеатру. В зал вошел, когда сеанс начался.

Сел в первом ряду, на крайнем месте слева. В этом же ряду, на крайнем месте справа, сидел агент с кинокамерой. Франк занял место в последнем ряду, в центре. В зале, таким образом, сложился треугольник АБФ - агент, Бертье, Франк. Добыча, если она была, несомненно, попадала в поле зрения всех троих, кинокамеры - тоже.

Был еще человек за кулисами. И еще люди. Человек за кулисами в соответствующий момент включит в зале свет. Остальные сделают шум - как можно больше шума.

Сообщили, что в зале несколько стариков. Некоторые из них худые, рыжие. В зале присутствуют знаменитости: писатель Сирюг, режиссер Клод Матен - "Ирабель" в фешенебельной части города, там, где Елисейские поля вливаются в площадь Согласия.

"Вдруг нужного человека нет?" - подумал Бертье. Может, и нет. Но в то же время Бертье представил, как преступник в темноте зала подкрался к кому-то, оплетает человека невидимой паутиной. Как он это делает? Не без помощи техники, очевидно. Снимает биотоки с мозга намеченной жертвы, записывает на пленку. Чтобы потом - с пленки - внедрить другому человеку. Естественно, за вознаграждение.

От мысли, что преступление происходит рядом и что жертвой может стать он, Бертье, из его головы вынут мысли, сознание, инспектору не по себе. Порывисто Бертье оборачивается к залу.

Словно в ответ зал озаряет яркая вспышка. "Франк..." В наступившей мгновенно тишине что-то металлически звякнуло, покатилось по полу. В следующее мгновение зал взорвался.

– Пожар!
– закричало несколько голосов.

Вспыхнул свет, зрители кинулись к выходам.

– Пожар!..

Служители распахнули двери, зал быстро пустел.

Только один человек ползал на коленях, отыскивал что-то между рядами стульев. Да еще один, растерянно озираясь, не мог понять, в какую сторону, в какую дверь выйти, - глаза у него были стеклянные. "Клод Матен..." - узнал режиссера Бертье.

Но все его внимание сосредоточилось на человеке, который что-то искал между стульями. Бертье подошел к нему. Заметил плоский, наподобие карманного фонаря, предмет, откатившийся к плинтусу, незаметно прижал его подошвой ботинка.

Человек шарил по полу, отыскивая пропажу. "Так я и знал, - думал Бертье, останавливаясь над ним.
– Тот, кто имеет цель что-то спасти, не будет ослеплен паникой. Будет спасать не только себя, но и свое изобретение. Чистая случайность, что прибор выпал из рук преступника. К счастью".