Оставил два пакетика со спиртом и три фруктовых батончика. Вернее, с фруктовым вкусом. Вряд ли можно было назвать продукт из водорослей фруктом. Потощавший рюкзак взвалил на спину.

— Я готов.

— Раз готов, значит отправляемся.

Мы обошли утес по кромке воды, выбрались на галечный берег и направились в сторону дымящих труб завода, на котором производилось по полному циклу различное оружие. Не было никаких объективных причин тревожиться, но тревога завладела мной и никак не хотела отпускать.

Глава 12

Пластиковые бараки стояли в стороне от завода, напоминая средневековые крестьянские домики под стенами рыцарского замка. Под ногами чувствовалась мелкая дрожь земли, следствие рабочих процессов на заводе. Летающий транспорт вереницей сновал между ним и горами, наполняя воздух шумом работающих двигателей. Именно так я себе и представлял заводы будущего, расположенные на других планетах, только без помощников из числа представителей местного разумного вида. В воздухе висел терпкий запах промышленной гари.

— Природу нельзя подчинить полностью, но даже настолько, уже вызывает у меня благоговение перед силой разума. — Восторженно произнес Шекспир, глядя в сторону завода.

— Эти парни грабят вашу планету, не заботясь о ее будущем. — Меня не настолько впечатлил завод, как Шекспира.

— У меня они ничего не взяли, потому что я никогда бы не додумался искать металл в камне.

— Если так размышлять, то да, у вас симбиоз. Вы взаимополезны друг другу. Люди занимаются своими делами, попутно приобщая вас к своему мировоззрению и техническим чудесам.

— Так и есть. Ты вчера поднял на ноги смертельно больного моави своим медицинским аппаратом. А мы бы дожидались, когда он умрет и думали, что ничего сделать было нельзя. Так ведь?

— Конечно, так. Какие-то плюшки от технологического прогресса должны быть у людей. Медицина шагнула далеко вперед, тело больше не является источником проблем для человека и это очень удобно. Но в некотором смысле, это расслабляет. Я перестал терпеть плохое самочувствие и боль. А есть еще чревоугодники и прочие страдальцы, которым тело мешало раньше наслаждаться запретными удовольствиями. Тут прогресс, как всегда идет рука об руку с потаканием человеческим слабостям. Наверное, поэтому вселенная уравняла одно другим, дала возможность обжираться без меры, но забрала вкус у еды. — Мои рассуждения были больше похожи на диалог с самим собой.

— Что касается меня, Гордей, то я просто впитываю чужую культуру, как человек, который раньше не имел такой возможности и тайно, даже от самого себя, понимал, что мир намного богаче и разнообразнее, чем лес, в котором я жил.

— Теперь я понимаю, почему вождь отделил свое племя от вас. Чертовы прогрессисты. — Пошутил я.

— Ты прав, он считает нас предателями, а мы просто хотим расширить наш взгляд на мир. С одной стороны он прав, мы перестали понимать природу, как они, отдалились от исконности. Но мы ведь послушали его, и теперь мы знаем то, что знает он и то, что дали нам люди. А он этого не знает, и как думаешь, у кого больше шансов победить в эволюции?

— Думаю, у таких, как ты.

— Вот именно. И что тут рассуждать, если мы останемся, а они исчезнут.

Мы подошли к первому бараку по натоптанной тропинке, проложенной между камней. Удивительно, но все растения, которые встречались, выглядели засохшими. Я тронул куст без листьев и с удивлением обнаружил, что он живой и гибкий, но выглядит, как мертвый, будто находился в режиме сохранения влаги, как суккулент.

К нам никто не вышел и вообще, наше прибытие будто бы осталось незамеченным. Дверь в барак оказалась открытой. Мы вошли внутрь и сразу услышали голоса. Я уже мог определить у моави, что они принадлежат детям.

— Похоже, мы оказались в детском саду. — Решил Шекспир. — Ничего, это даже к лучшему. Начнем с нянек.

Он заглянул в одно из помещений и поздоровался на своем языке. Мой переводчик легко перевел его фразу, слышанную много раз. Туземцы шумно восприняли появление моего напарника, видимо хорошо помнили его и не ждали увидеть.

— Удивились моему появлению. — Подтвердил он мои предположения. — Покажись им. — Попросил меня Шекспир.

Я выглянул из-за его спины.

— Здрасти. — Скромно поздоровался на русском.

Я ждал удивления со стороны пучеглазых жителей долины, но нет, они восприняли меня спокойно. Однако после слов Шекспира о том, что я прибыл по поручению лесных моави, проявили искреннее любопытство. Оказывается, они знали кое-что из общей с лесными собратьями мифологии о пророчестве, в особенности ту часть, где говорилось, что накануне окончания цикла появится пришелец, который спасет их от наводнения.

— Говори что-нибудь, они должны видеть и слышать, что ты им рассказываешь о необходимости бежать в лес. — Попросил напарник.