Джон и Эбигайл расчленяют фразы на составные штрихи, рассматривают каждый зигзаг отдельно. Здесь нужна проницательность и работа мысли. Кто эти существа, поставившие на полюсе радиостанцию? Похожи ли они на землян? Сходно ли их мышление с нашим?

– Они должны быть похожими на нас.

Эбигайл размышляет, сопоставляет.

– Мышление тоже должно быть сходно с нашим. Если они открыли радио, построили маяк, значит, у них техническая цивилизация. У них те же формулы, что у нас, открыты одинаковые физические законы. Те же машины, приборы и - руки, построившие приборы. Есть глаза и есть уши. Они, как и мы, заставили звучать радиоволны в своих приемниках и динамиках. Почему же должно быть различно мышление?

Двое в обсерватории думают. А время летит. Идут сигналы с полюса Мира: три фразы, три паузы.

– Эбигайл, - говорит Джон.
– В расшифровке нам помогут машины. Едем в Хьюстон.

В координационном космическом центре Хьюстона они разыскали Юджина Парка. Парк был их однокашником по университету, три года тому назад работал с ними в обсерватории на Ред-Ривер и оттуда был взят в космический центр консультантом по расчетам орбит "Аполло" вокруг Луны. Парк имел доступ к электронному вычислительному гиганту "Оникс-111", а это как раз и нужно было Джону и Эбигайл,

Парк удивился, что "домоседы", прикованные к радиотелескопу обсерватории, выпорхнули в дальнюю командировку.

– Какими судьбами?..
– пожимал он руки Джону и Эбигайл.

Он был рад университетским друзьям, рад хорошему настроению и тому, что преуспевает на новой работе. Встреча была тем более милой, что Парк не видел друзей три года. У него было немало новостей и неожиданностей за это время, и он с удовольствием послушает новости с Ред-Ривер. Чутьем он понимал, что нужен друзьям, это возвышало его в собственном мнении. Может быть, он повел бы себя чуть-чуть высокомернее, если бы перед ним был кто-то другой, а не Джон Биллс. В университете Джон считался лучшим математиком, и не особенно прилежный и усидчивый Парк в пору экзаменов нередко прибегал к его помощи. Вообще Джон был добрый и работящий парень, с крепкой спиной, как говорили однокурсники, на которой удобно ездить. Во всяком случае, Парк знает надежность спины Джона Биллса и благодарен товарищу до сих пор... Эбигайл - одна из четырех девушек факультета, - по общему мнению, была красавицей. И самой серьезной. Не уважать ее тоже было нельзя. И чего это они пожаловали в Хьюстон?..

– Чрезвычайное исследование...
– говорит Джон в ответ на рукопожатие Парка.

– Чрезвычайное!
– Юджин смеется.
– Где вы сейчас увидите не чрезвычайное, хотел бы я знать? В химии - чрезвычайное, в биологии - чрезвычайное, в космонавтике - сверхчрезвычайное!..

– Ты поверь, Юджин...

Но Парк не слушает. Он привык к чрезвычайному. Он без обиняков спрашивает у Джона:

– Вам нужен "Оникс"?

– Нужен, - кивает Джон.

– Я так и знал! Так и знал!
– Парк продолжает смеяться. И все кланяются Юджину Парку!

Веселость Парка не вязалась с настроением Джона и Эбигайл, но приезжие терпели шутку товарища. Парк был весельчак, здоровяк - отчего бы ему не посмеяться?

– Выкладывайте, что у вас, - посерьезнел наконец Юджин, хотя в щелочках его глаз все еще стоял смех.
– А вы, Эбигайл, выглядите прелестно!..

Комплимент был мимо цели: никогда Эбигайл не чувствовала себя такой утомленной и похудевшей, как за время бессонных ночей, пока они с Джоном не выходили из бункера. Она смутилась и не нашлась, что ответить.

– Мистер Парк!..
– Джон решил привести товарища в чувство.

– О!..
– воскликнул Юджин.

Что-что, а слово "мистер" он не терпел. Первый регбист университета, участник всех пикников и попоек, он имел слабость - ненавидел клички. Ему и придумали кличку - "Мистер" - полное несоответствие его непоседливому характеру. Правда, он и к этому относился без злости, но когда с Юджином надо было поговорить всерьез, к нему так и обращались: "Мистер Парк".

– О!
– повторил он.
– Значит, у вас действительно что-то есть. Тогда тем более - выкладывайте!

Джон пожалел, что резковато обошелся с товарищем, но уже не видел, как исправить промашку, а, наоборот, усугублял ее:

– Мы бы хотели пока не говорить...
– сказал он.

– Да?
– спросил Парк.
– Как же вы сунетесь к "Ониксу"?

– Задача у нас готовая - расшифровка.

– Ох!
– теперь уже по-настоящему вздохнул Парк.
– И тут секреты...

– Ты уж прости, - сказал Джон.

– Бог простит!
– ответил Парк.
– А вот время найти, - это труднее, дружище Джон. И Эбигайл...
– посмотрел он на женщину.

Вынул блокнот, перелистал, пошевелил губами, разбирая в блокноте записи.

– Не раньше чем завтра ночью, - объявил он.
– С часу до трех. Устраивает?

Джон и Эбигайл согласились.

– А теперь - дела побоку!
– воскликнул Парк. Вопрос был решен, можно поговорить о личном.
– Как живешь?
– обратился он к Джону.
– Женат?

Джон молча кивнул на Эбигайл.

– О-о!..
– Юджин был удивлен.
– Поженились? Черт возьми! У вас же характеры одинаковые - одноименные полюса!
– опять тряс руки университетским друзьям.
– И как это вы?..
– спохватился: - А какое мне дело? Выпьем по этому случаю!