А Алёна, с ней мы могли не только вместе разговаривать, но и молчать. Она чувтсовала, когда мне плохо, и просто была рядом. Когда боль снова начинала терзать мою душу, Алёна подходила и молча меня обнимала. Она просто гладила меня по волосам и тихо шептала:

– Всё будет хорошо! Всё наладится!

И от этих слов мне становилось намного легче. Как же важно поддержать человека в трудную минуту, чтобы он снова поверил в жизнь, чтобы у него снова выросли крылья. Как же важно чтобы пока ты зализываешь свои раны, с тобой был тот, кто тебя поддержит и защитит.

Как же я благодарна Ильиным за эту поддержку и тепло. Без них я вряд ли бы тогда выжила?! А сейчас нам предстоит расстаться. И от этого на душе становиться холодно и одиноко. Но я должна сейчас уехать, чтобы отоскать свою дочь. Я нужна ей, я это чувствую. Поэтому я по очереди обнялась с Алёной и Денисом и снова им улыбнулась.

– Девушка, вы идёте? – поинтересовалась у меня контролёр.

– Да! – ответила я.

– Тогда давайте ваш билетик!

Я протянула ей свой билет и паспорт, она их просмотрела и дала мне знак проходить. Я помахала Ильиным рукой и вошла в вагон.

– Если что, звони! – крикнул мне в след Денис.

Я вошла в своё купе, которое было пустым, устроилась около окна и снова помахала им рукой. Тут поезд тронулся, и тогда Алёна с Денисом не спеша, и в обнимку пошли к машине. А я поехала начинать новую жизнь!!!

***

Когда поезд тронулся, я очень обрадовалась, что еду в купе одна. Но моей радости не суждено было длиться долго, потому что дверь в купе открылась, и в сопровождении проводницы появился молодой человек.

– Вот, это ваше купе! – объяснила девушка.

– Спасибо, – ответил он и закрыл дверь, разделившую их с проводницей. – Будем знакомы, Сергей! – он протянул мне руку.

– Лиза! – представилась я, но руки не подала.

– Да, Лиза, видимо вы не лучшая компания! – с сожалением произнёс он, но, достав бутылку какого-то вина (автор осуждает распитие спиртных напитков), продолжил: – Ну, ничего, немного выпьете и разговоритесь, у нас времени много, почти двенадцать часов.

– Слушайте, Сергей, а не пойти ли вам к чёрту? А?! – не удержалась я и отвернулась к окну.

Господи, как же мне тогда было плохо. Мне не хотелось не с кем говорить и никого видеть, а уж тем более этого приставучего типа, потому что именно в тот день моей доченьке исполнялось одиннадцать лет. У моей малышки день рождения, а меня, её матери, нет рядом. Вместо меня с ней совершенно посторонние люди, когда-то разлучившие нас.

Когда мой сосед вышел, я достала из сумочки фотографию дочки и, поцеловав, прижала к груди. Я вспомнила рождение Марины, её маленькое тельце, ручки, ножки, крохотные пальчики. Вспомнила как она впервые закричала после рождения. Вспомнила тот поток неугомонных слёз радости. Господи, какой же она была крохой! Я вспомнила, как впервые взяла её на руки, её первые шаги, её первое слово «мама». Господи, когда же я снова услышу это слово?!

«Где же ты, моя девочка?» – подумала я, но мои размышления и воспоминания прервал чей-то голос.

– Лиза, вам плохо?

Посмотрев в сторону говорившего, я увидела моего соседа по купе. Да и собственно кто ещё мог ко мне обращаться?

– Нет, – я покачала головой и снова замолчала.

– Вот, я принёс вам чай, пейте пока горячий! – заботливо проговорил он, и поставил передо мной чашку с ароматным чаем, а затем достал пакет со сдобой и, развернув его, вновь обратился ко мне: – Угощайтесь, очень вкусно, моя мама пекла.

– Спасибо, я не голодна! К тому же будет лучше, если вы оставите меня в покое! Я вам буду очень благодарна! – грубо ответила я.

– Вот гордячка! – сердито пробурчал он и вышел.

– Вот дура! – обругала я себя. – Что я на него взъелась? Человек пытается мне помочь, а я!

Встав, я отправилась вслед за ним. Выйдя из купе, я увидела его, стоящим в тамбуре.

– Простите меня, я не хотела вас обидеть, – тихо проговорила я и улыбнулась. – Пойдёмте в купе, а то чай остынет.

Мужчина просто мне улыбнулся и покорно последовал за мной.

Тогда я должна была отвлечься от своих мыслей, а иначе я бы сошла с ума от тоски по дочери. И сейчас, когда я вспоминаю тот день, я благодарю Бога за то, что он свёл меня с Сергеем. И как выясниться позже, его заслугой будет не только этот день. Но об этом потом.

Когда я увидела Сергея, признаться, он мне не понравился, особенно этот его жест с вином. Но как оказалось далее, он был очень даже хорошим и заботливым. Он поил меня чаем, угощал разными вкусностями, даже и, не напоминая о той злосчастной бутылке, убранной обратно в сумку. Сергей веселил меня, как мог и, признаться, я не смеялась так очень давно. А когда наступила ночь, я уснула. Я и снов-то тогда, наверное, не видела, но зато выспалась очень хорошо. А когда проснулась, то обнаружила, что у меня нет сумочки, да и соседа своего я тоже не увидела.