В дверь кабинета постучали.

— Наша скромная именинница, — сузила глаза Алекса О’лафлин, стоя на пороге. Коллега вошла внутрь с букетом цветов, а за ней и остальные сотрудники.

Празднество моего дня рождения растянулось на час. Я не выдавала своего смятения по этому поводу, поэтому терпеливо принимала поздравления.

— Кристина, это правда, что твой муж купил свидание с тобой под чужим именем? — в наш разговор вступила Тереза Гилберт из отдела финансов.

— Может быть, — пробормотала я, улыбаясь, но застигнутая врасплох. В этот момент я ненавидела саму себя. И Мэтта, из-за которого мне приходилось терпеть подобные вопросы.

— Эмили просто умничка, — подытожила Алекса, когда все постепенно стали расходиться по отделам. — Правда, болтливая немного…

— Она хорошо работает, — заключила за нее я.

— Согласна. Все же она проделала огромную работу во время своего испытательного срока. — говорила она, салютуя бокалом шампанского нашим коллегам, которые стояли напротив с пластиковыми тарелками с тортом. — Какой фурор произвела твоя вечеринка. Девочка даже пригласила Брэндона, мать его, Хартера, — Алекса повысила тон. — Твоего, видите ли, одноклассника. А ты скрытная стерва — прятала такой бриллиант!

Боже. Мы снова пришли к тому, с чего начали.

— Не в моих правилах хвастаться подобными связями, — монотонно протянула я, борясь с приступом панического расстройства. Для меня, как для журналиста, подобное было непрофессионально и соответственно, непростительно. — Тем более, выезжать за чужой счет.

— Это непростительно, — повторила Алекса мои мысли. — Но, надеюсь, у тебя есть на то веская причина.

«Когда мы перестанем говорить о нем?», — подумала я. Мне казалось, словно я снова очутилась за той партой в среднем ряду в школе, когда все спрашивали меня о Брэндоне.

— Он был так же горяч в школе? — шепотом спросила она, и мои глаза округлились. — Лакомый кусочек, я бы его попробовала…

— Боже, Алекса, — засмеялась я. — И ты туда же…

— Самый завидный жених в Америке твой знакомый, — добавила коллега. — Почему бы не обсудить это.

— Я не знаю, — солгала я, за секунду принимая исходное положение. — Он был самый обычным парнем.

Серьезно? И откуда во мне берет начало это чувство ревности, граничащее с глупостью?

— Не жалеешь?

— Что? — надломлено спросила я, едва выдавая себя с потрохами.

Это голос совести? В таком случае — черт бы его побрал, он сейчас совсем неуместен.

— Я имею в виду, не жалеешь, что не дружила с ним в школе? — Алекса вернула меня в реальность, поясняя свой вопрос. Я выдохнула. — Вы с Мэттом такие, типичные избалованные детки, — она читала меня как открытую книгу. — Не обижайся, но я не думаю, что ты проводила свое свободное время, занимаясь математикой.

«Я была его ассистенткой в работе над глоббером», — почти возмутилась я про себя. Нужно было успокоиться и взять себя в руки. «И его девушкой», — сама мысль об этом лезвием ножа полоснула по сердцу.

— Главное, что он всего добился, — выразила я мысль вслух, ставшую логичным ответом.

***

Принимать сложное жизненное решение на новом рабочем месте сложно. Вечерело, а помимо личной семейной драмы меня беспокоили мысли о завтрашнем заседании.

— Кристина, вы еще не уходите? — тихо поинтересовалась Эмили, держа ручку двери в мой кабинет.

— Я посижу еще чуть-чуть, — ответила я, потирая глаза. — Ты, конечно же, уже можешь идти домой.

Пожелав мне спокойной ночи, девушка вышла из кабинета. В офисе было тихо: большая часть сотрудников разошлась по домам. Алекс был с Тиффани у стоматолога до восьми, поэтому сейчас дома мне было делать нечего. Собрав свои вещи, я все же поехала в клинику за сыном, в томлении пожирая себя навязчивыми мыслями.

— Слышал, что сказал доктор? — мягко отчитывала я сына, виновато опустившего голову. Лекс пытался незаметно стащить батончик милки-вей с полки, когда ему строго-настрого запретили есть сладкое. Мальчик нахмурился, поджав губы. — Зайка, потерпи немного, — я обняла его, гладя по голове. — Все, не могу долго злиться на тебя, — целуя в лоб, добавила я. Лекс широко улыбнулся. Ребенок обезоруживал меня: при виде его улыбки я таяла как мороженое на солнце.

— Мои дорогие пташки в сборе, — голос Мэтта спустил меня с небес на землю. Супруг подошел к Лексу и взъерошил волосы мальчика. — Иди ко мне, — муж резко притянул меня к себе и поцеловал.

— Алексу нужно спать, — деловито сказала я, предостерегая мужа от попытки залезть мне в рот своим языком. — Подожди меня здесь, — тихо добавила я.

Его взгляд переменился: в зеленых глазах зажегся недоверчивый огонек, а уголки губ опустились, придавая его лицу угрюмое выражение. Мэтт нехотя кивнул, демонстративно выдвигая стул за столом в гостиной, показывая всем своим видом, что он готов к беседе. Только не уверена, была ли готова к ней я.

— Мэтт, — тихо начала я, собирая волю в кулак. — Нет смысла мучать друг друга. Нам нужно расстаться. Давно нужно было.