Шрифт:
Клетес хихикнул.
– У меня прямо кровь в жилах кипит. Думаешь, вся округа поднимется?
– Наверняка. Жертвам все симпатизируют. Это в природе человека, а для нас прекрасный выход. Торсены будут выглядеть хуже… хуже…
– Викингов-мародеров? – повторил он ее же слова.
– Ну, может быть, не настолько… Но близко к этому. – Она обхватила дядю за шею и еще раз крепко обняла. – Мы сумеем, не правда ли? У нас получится.
– Да разве кто-нибудь когда-нибудь сомневался? – удивился ее дядя. – Ты всегда найдешь выход. У тебя всегда больше выходов, чем… чем… в лабиринте.
Джордан моргнула.
– М-м… разве там не один выход?
Ее дядя лишь махнул рукой.
– Ты понимаешь, о чем я говорю. Да что там, если бы ты захотела, смогла бы и печки эскимосам продавать.
Она вздохнула и взяла его под руку.
– Полагаю, это было бы куда легче, чем холодильники. Пойдем домой. Продумаем наши планы как следует. Торсены и не догадываются, с какой стороны их поджидает удар.
А если и догадаются, остается надеяться, что не смогут сообразить, что же им делать – и как.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
На следующее утро Джордан приступила к своему ежедневному осмотру магазина. Окинув взглядом зал, она удовлетворенно кивнула. Кажется, дела не столь уж плохи, если учитывать, что ее не было всю пятницу. Но поскольку суббота – всегда самый трудный день, она хотела убедиться, что все в наилучшем виде.
На оптовом рынке этим утром ей очень недоставало Райнера, и она корила себя за то, что почти все время выискивает его. Возможно, он все-таки решил не пользоваться услугами Ника Константина. Разумеется, это не имело никакого значения. Боже упаси. Какое ей до него дело?
Она скривилась. Правильнее было бы спросить, почему ей есть до него дело. И вряд ли на этот вопрос найдется ответ.
Прилавок с кореньями с успехом прошел ее проверку, и она направилась к фруктам. Задержалась у папайи и нахмурилась, обратив внимание на ценник. Что-то не так. Она быстро подсчитала в уме и нахмурилась еще сильнее. Похоже, они продавали папайю себе в убыток.
Джордан закрыла глаза. Дядя Клетес. Он вчера взялся изменить цены. Всего-то на три продукта, и вот, пожалуйста…
Она торопливо шагнула к мускусным дыням и выругалась сквозь зубы. То же самое. А кукуруза? К счастью, цена на кукурузу была верной. Ладно, все не так уж плохо, как ей показалось. Они потеряли совсем немного – никакого серьезного урона.
Сняв ценники, она быстро заменила их новыми. Слава Богу, что она заметила. Бедный дядя Клетес. Улыбка Джордан была полна любви. Он искренне хотел помочь. Просто цифры – не его конек. Зато она в них сильна, так что равновесие соблюдено.
Подготовка к рабочему дню протекала как обычно. К девяти в зале царил привычный хаос: Энди и Лерой спорили о том, куда положить клубнику, Уолкер и дядя Клетес сцепились друг с другом у прилавков. Джордан ухмыльнулась.
Она обожает свой бизнес.
День оказался напряженным, веселым, суетливым. К шести вечера, когда двери захлопнулись за последним покупателем, Джордан чувствовала приятную усталость. Райнер появился в ту самую минуту, когда они закрывали магазин.
– Проходи в дом, – оживленно пригласил его Клетес.
Джордан с любопытством взглянула на дядю, недоумевая, откуда такое внезапное дружелюбие. Не сказав ни слова, она тоже отправилась в дом и предложила приготовить им кофе.
На кухне она остановилась и, не в силах справиться с вихрем чувств, уставилась на блестящую белую кофеварку. Вчера вечером она приняла решение – не позволять своим эмоциям влиять на интересы «Рога изобилия». И сейчас ругала себя. Зачем мечтать о невозможном? У них не может быть надежды на какое-либо будущее с Райнером, пока между ними стоит «Рог изобилия». Кроме того, все ее чувства к нему лишь физические. Она с ними справится – или же не станет обращать на них внимание.
Он появился в дверном проеме, и она тут же осознала свою ошибку. Ее реакцию на этого человека невозможно ни контролировать, ни оставить без внимания.
– Я не смог не прийти, – признался он тихо. – Ты по мне скучала?
Джордан глубоко вздохнула, понимая, что у нее два выхода. Можно ответить честно – сказать, что она не просто скучала, а тосковала по нему. Этим ответом она, возможно, заслужит поцелуй. Или же скрепя сердце солгать – и спасти свою гордость. Джордан мгновенно все взвесила. К черту гордость. Живем один раз.
– Скучала, – призналась она, смущенно пожав плечами. – Очень. Итак, что ты предполагаешь с этим делать?
Его взгляд чуть не испепелил ее.
– У меня есть одна-две идеи на этот счет.
Он пересек кухню и привлек ее к себе. Долго смотрел на нее в молчании, а потом очень медленно склонился и накрыл ее рот своим. Все внутри у нее вспыхнуло огнем страстного желания, и губы сами приоткрылись под его жадными, требовательными губами.
Ребро кухонной стойки врезалось ей в спину. Как будто почувствовав это, он обхватил ее за талию и подсадил на край стойки. Это почти уравняло их в росте, и она не замедлила воспользоваться таким преимуществом и мгновенно спряталась в его объятиях.