— Да ладно! Не злись, я же о тебе беспокоюсь. Если тебе герцог на столько не нравится, значит, я сейчас пойду к Императору и тоже в категоричной форме заявлю, что против вашего брака, что ты еще молода, а он тебя почти совратил!

— Ой, только этого не хватало! Попасть в опалу к Императору. Сиди тихо. Когда герцог больше молчит, то становится вполне себе терпимым. И у него связи и лекарства такие хорошие.

— Ты это серьёзно? — спросил брат.

— А если серьёзно, то он сказал, что любит меня и не отпустит. Ревнует очень.

— Вот с этого и надо было начинать! Это ж замечательно. Отдам тебя в добрые и любящие руки!

— Я тебя сама отдам! Только бы хохмить. Разведи мне порошок, а то Соня где-то загуляла.

— Ей запрещено входить к тебе. Защита пропускает меня, герцога и целителя. Всё.

— А кормить меня не будут?

— Будут. Я завтраком и ужином. Герцог сказал, что с него обед. Скоро принесёт.

Мирабальт бодро смешивал мне лекарство, беспрестанно улыбаясь.

— Давай стакан Мир, а то ты там крем взобьёшь!

— Ой, прости, задумался. Держи.

Пока я пила лекарство, брат ходил по комнате и думал вслух.

— Если этот чернокнижник не знает о тебе, значит, он накинулся на тебя по другой причине. Ты что-то сделала или сказала, что навело его на мысли об угрозе от тебя.

— Я даже не знаю. Я мало говорила. Старалась не выделяться. Была незаметной…

— Кроме одного раза, нет двух раз, когда тебя выделил Император, сделал тебя подопечной и обратившись к тебе во время обеда. Он тебе не просто вопрос задал, а предложил обращаться к нему с проблемами. А ведь люди могли подумать, что он к тебе проявил так сказать мужскую благосклонность.

— Ты думаешь?

— А почему нет. Слухи ходили, что он и дворянок рассматривает в качестве невест. А ты молода, красива и богата. Чем не нара?

— И за это убивать?

— Сестра, убивают и за мелкую монету, а тут целый Император и империя в придачу!

Мирабальт прав, за такое убьют и не только тебя, но и пол дворца не пожалеют, — раздался голос герцога от двери.

Он стоял с подносом еды, весь аккуратно одетый и причёсанный.

— Приветствую всех в новом дне, — сказал он и прошел к столу.

— Ваша светлость, добрый день, — сказала я.

Герцог посмотрел на меня с укором, затем повернулся к брату.

— Маркиз, ступайте в столовую и послушайте, что там говорят о вчерашнем бале, если спросят про Франциску, говорите, что она оступилась на лестнице и упала, получила ушибы и лечится.

— Меня будут считать неуклюжей дурёхой, — вздохнула я.

— Без разницы, лишь бы не догадались, что было на самом деле, — сказал брат. — Зайду позже.

И Мирабальт скрылся за дверью.

Герцог же подвинул стол к самой кровати, перенес сюда же и кресло, в которое сел.

— Франни, я не буду извинять за вчерашнее. Единственное, что я еще хочу сделать, это вручить тебе моё кольцо, в знак моей любви. Оно моей матери, а теперь твое, — и Вальдемар одел мне на палец, аккуратное колечко с бриллиантом.

— Я так понимаю, ты был у Императора?

— Конечно, я никогда не нарушаю своих обещаний и решений. Он был просто счастлив, что ты согласилась стать моей женой, пока невестой.

— Спасибо, что хоть не завтра жениться.

— Мы пока будем скрывать нашу помолвку, — виновато сказал герцог, — Император хочет разобраться, что происходит во дворце, а потом уже объявить о радостном событии.

У меня уже два тайных кольца, подумала я. Пора бы подумать о тайном ридикюле, где их все хранить! Тайны множатся с немыслимой скоростью.

— Ты, главное, не лезь ни в какие передряги.

— Так я не лезу, они на меня нападают. И мне все кажется, что это связано с Императором. Конкуренток убирают, и похоже, я лидирую в этом списке.

— Да, я слышал, ваш разговор. Не могу не признать, что теория выглядит весьма правдоподобной. Только ты не только теории заговора раскрывай, но и обед не забывай кушать.

Мне на колени поставили поднос, где дымилась кружка с бульоном, тоненько нарезанные ломтики мяса были красиво уложены на соседнем блюдце, а на большой тарелке красовался стейк с гарниром. К нему прямо манило.

— Извини любимая, но это мне, — герцог ловко увел обратно на стол аппетитное блюдо, — выздоравливающим бульончик и отварное мяско. — Вот, еще кусочек хлеба.