Имея за плечами подобный опыт, Баркли теперь сомневался, стоило ли ему доверять Орле. С другой стороны, Руна откровенно презирала Эрхарта, зато Орлу встретила с улыбкой, что говорило в пользу старушки.

– Рад знакомству, – вежливо сказал Баркли.

– Идёмте скорее, вам нужно поесть, – позвала Орла. – А то ещё подхватите смерть.

– Вы хотели сказать «простуду», – поправила её Виола.

Но Орла лишь пожала плечами:

– И её тоже.

Они очень медленно побрели за Орлой по тропе, пока не вышли к городу Манси. Баркли даже ненадолго забыл об усталости и самоедстве, окрылённый перспективой увидеть нечто новое и интересное. Но на улицах царил мрак, разбавляемый лишь удивительными фонарями, заполненными водой с примесью каких-то пятнышек, излучающих голубой свет.

Орла привела их к высокой башне на окраине города, что была даже больше часовой башни Занудшира. Открыв дверь, старуха пригласила их в уютный просторный зал, заставленный креслами-качалками, столиками и диванами. Тепло здесь поддерживал горящий камин, от которого почему-то несло чем-то землистым, как от свежевспаханного поля. По стенам висели рыболовные сети, ржавые якоря и раковины, а в самом центре спиральная лестница уходила как к верхним этажам башни, так и вниз, в подвал.

– Добро пожаловать в Морское отделение Гильдии, – объявила Орла. – А это Мёрф, он присматривает здесь за всем в моё отсутствие.

Баркли было решил, что она говорит о каком-то мужчине, но в зале никого не было, не считая огромного черепахоподобного чудища, греющегося у огня. Его панцирь украшали яркие спиральные узоры, а с верхней губы и до самого пола спускались роскошные серые усы.

Пока они рассаживались, Орла принесла стопку пледов и кружки с тёплым молоком. Вскоре четверо ребят уже сидели на диване, завёрнутые в многослойные шерстяные одеяла: Баркли без конца ёжился, Яша чихал, Тэдж не отрывался от кружки, а Виола спала без задних ног. Корень, Митзи и чудище Яши – белое создание, напоминающее кошку с остроугольными ушками, – присоединились к Мёрфу у камина.

– Мне очень жаль, что ваше путешествие вышло таким опасным, – сказала Орла, садясь в одно из кресел-качалок. – Но, боюсь, в Море настали тяжёлые времена.

– В своём письме ты упомянула атаки. Что именно происходит? – спросила Руна.

Зная, что Виола жутко расстроится, если пропустит этот разговор, Баркли пихнул её локтем, будя.

– С самого начала зимы Лохмордра поднимается из глубин и нападает на корабли и острова. Самым последним…

– Лохмордра? – громко переспросил Тэдж.

– Боюсь, что да. Кроме кораблей он практически уничтожил остров Келлигри. А до этого мы потеряли острова Слэйки и Коуд.

Тэдж притих. Для него наверняка стало шоком узнать, что чудище, убившее отца, теперь терроризировало его родину.

– Келлигри был вторым по численности населения островом после Манси, – продолжила Орла. – Тысячи людей лишились крова и были вынуждены перебраться на другие острова. Все наши гостиницы заполнены, дома местных жителей тоже. Моряки боятся выходить в долгие плавания из-за возможной встречи с Лохмордрой. За исключением, конечно же, Улика.

Улик просиял:

– Ничто не удержит меня и «Беалах» от открытых вод!

– Но проблема не только в Лохмордре, верно? – спросила Руна. – На Нигденкс, пока мы там были, напала стая шлёклювов. И ещё никогда я не видела в море столько чудищ, как сейчас за пару часов.

Орла кивнула.

– Все чудища стали агрессивнее, и мы не знаем почему. Лохмордра никогда не поднимался на поверхность, кроме как в середине лета и зимы, но даже тогда он, на моей памяти, ещё ни разу не нападал на остров.

– Мне так жаль, что мы не остались, – огорчился Эдвин. – Если бы мы знали, что Келлигри тоже окажется под ударом, мы бы ни за что не уехали.

– В этом нет вашей вины, – заверила его Орла. – И я призвала на помощь всех стражей, кого только смогла. Карина Северная прибыла пару дней назад. А Крамп и так здесь, где ему ещё быть. И…

– А что Верховный чудолог? – перебила Руна.

– О, ты же знаешь Дюмона. Он обещал прислать драги, которых я пока так и не получила. Но даже будь в нашем распоряжении все деньги банка «Аргентизавр», мы не можем начать восстановительные работы, пока не поймём первопричину этих атак.

– Хочешь сказать, совсем ничего не предвещало беды? Вы не заметили ничего странного или необычного?

– Ничего. По крайней мере, нам ни о чём таком не известно.

«Если они не знают, почему это происходит, – подумал Баркли, – это значит, что здесь небезопасно. Ни для кого». А после всего, что они пережили, уже просто добираясь до Моря, Баркли не горел желанием бросаться с головой в новые опасности. Но именно в этом состоял долг чудологов-стражей: защищать других, даже если это сопряжено с риском для себя.