Как вы называете девушку, которая своим умом и знаниями пытается найти работу и не находит? Лохушка. Как вы называете курицу, которая работает ртом ради отдыха на Мальдивах? Целеустремленная. Скажете, разве я не прав?

Хорошо, я согласен с вами, убедили, черт возьми. Вы – не такой как все, вы одаренная, способная покорить этот мир личность. Но вот вопрос: а что, если так считает каждый человек? Если у ваших соседей по автостоянке схожие мысли, то сколько вас? А сколько на свете людей, которые четко убеждены, что они – быдло?

Буквально через несколько минут может начаться штурм, и эта запись, возможно, не увидит свет. Я виноват перед всеми вами, я сделал ужасное зло, но мне кажется, что весьма необходимое. Запасайтесь тушенкой: пройдут годы, и это бумерангом заденет вас. Стоп, хватит записывать, Стас».

Снова и снова пересматриваю ролик… Не может столько противоречий жить в одном человеке. Не может человек с отсутствием жалости застрелить двух человек, оглушить сотрудника полиции, сбежать с табельным оружием и просто прийти в класс и начать думать над несовершенством мира. Какая бы большая и умная голова у него ни была…

Антропометрия не выявила отклонений, стандарт, Все вы стандартные, особенно когда под землей. Нет, здесь все проще, намного проще и понятнее. В попытке выдать желаемое за действительное, он начал прятаться за вполне обыденными вещами: В начале своего повествования он говорит об эгоцентризме, хотя на самом деле прекрасно понимает, что он не мессия, сделать ничего не сможет. Это обида. Скорее всего, на себя. И за то, что Она не с Ним. Я ни черта не психолог, то это самая реальная причина, но, в отличие от большинства, он отомщен. Чертов сукин сын, получил желаемого с избытком.

Но все же, для чего ему правда? Он и сам знает свое положение в окружающем обществе, он его принял (так или иначе, разумеется), и правда в таком виде – не оружие совершенно… И потом, он соглашается с содеянным, но предвещает куда более серьезные последствия. Антон надеялся на бунт противоречия, начатый среди «отребья», тех людей, которые при упоминании «школьных лет чудесных» впадает в ярость от того, что ему пришлось испытать, о том, что руководству не до их проблем и даже от того, что невозможно пробить этот сгусток. Но революции не случилось – одиночек задавил верх. Тот верх, который заявляет, что все прекрасно и солнечно, а именно вот он – придурок. Все остались при своих, в итоге.

Почему он никого не убил в классе? Казалось бы – 7 боевых патронов, 7 искуплений, 7 причин наглядно высказать свою позицию, 7 порций правды, в конце концов. И итог. Итог все равно одинаков. Представляя себя в подобном состоянии, меня не покидала такая мысль, что было разумно поставить их на колени с руками за головой, и, действуя им на нервы, церемониально расстреливать одного за другим с определенным временным интервалом, максимально запугивая людей брызгами крови, кусочками мозга и прочего… Это садизм или маниакальный терроризм, а у нас тут ребенок.

Хотя, совершенно не ребенок, а загнанный в угол зверь. Без отца, по-хорошему и без матери. Интересно, чтобы она сказала, если бы знала заранее?

Часы громко нарушили тишину. Движение стрелки вбивало ощущение опустошенности. Мне нужна перезагрузка. Мне нужны ответы. И я знаю, кто мне их даст. Хочет он этого или нет.

Ненавижу форму. И все эти погоны. И медали. Как будто ты собака на выставке, а не человек. Но сегодня именно форма будет отвечать на бесчисленное число тупых вопросов.

Я посмотрел в зеркало, поправил фуражку и отправился в школу.

На входе меня не попросили даже показать служебное удостоверение, – за последний месяц здесь было столько погонов, что проще было пропустить так, все равно ничего разумного старый сторож не услышит.

Я разместился в учительской, заранее попросив оставить нас один на один со Стасом. Кто он? Тот, кто снял самое скандальное видео года, кто заглянул в глаза убийце и прочее. Серьезно? А не слишком ли много для «героя» с мокрыми штанами прикованного к стулу, где твоя геройская натура была тогда?

Дверь открылась ровно тогда, когда мои бумаги легли на столе, а я сам встал, чтобы размять затекшую шею. Так вот, геройшество начало само:

– Ну и чего вам от меня надо? Я уже все сказал раньше?

– Да, да, все так, сказал я, закрыв за ним дверь на замок – старший следователь Особого Отдела МВД России, добрый день.

Стас демонстративно развалился на стуле, положив ногу на ногу. Далее сработал инстинкт – удар с ноги под ножку стула, залом руки на уровне запястья и мощный, блокирующий любую спесь каблук левого туфля на ухе.