— Макс, подушки отстрелили, я кричала, потом замолчала. Дальше-то что? — напомнила она.

— Видела черную проплешину на земле у машины? С моей стороны?

— Да.

— Видела поодаль упавшее дерево, частично как будто сгнившее?

— Да, обратила внимание.

— Когда ты, и остальные, сознание потеряли, я также почувствовал, что у меня перед глазами свет выключает. Это было словно наваждение чужой воли. Я не поддался, сбросил оцепенение и вывалился на улицу. Снежок помог взбодриться, а сразу после я увидел, как в лицо мне летит сгусток темноты…

Довольно коротко, но ничего не упуская, я рассказал Марине о произошедшем со мной до того момента как я вернулся к машине. Без утайки — в том числе и про демоническую красотку и ее душу в ритуальном кинжале.

— Это… — не могла найти слов Марина.

— Да, я тоже удивился.

— Она с тобой?

— Да.

— И она сейчас нас слышит?

— Да.

— Что сейчас говорит?

— Сейчас молчит.

«Говорит, что тебе надо было оставить у мобиля этих двух конченых»

— А теперь говорит, что мне нужно было оставить у машины этих двух конченых.

— Но тогда бы мы с тобой матрас тащили.

«Ух ты, а телочка шарит!»

Это я Марине озвучивать не стал. Оглянулся на ходу — посмотрел, как Константин и Вячеслав тащат матрас, как клубятся черно-багряные тучи вдали.

— Как ты думаешь, она не замерзнет?

Имя Марина не произнесла, но по изменившейся интонации я понял — речь идет об Ане.

— Не знаю. Но может быть, это и к лучшему, — задумчиво произнес я, еще раз коротко оглянувшись.

— Что к лучшему? — спросила Марина.

— То, что у Ани амулет не может работать.

После моих слов Марина машинально оглянулась на волокушу. Пользуясь тем, что девушка смотрит в другую сторону, я сам окинул ее взглядом. В очередной раз отметив, что в белоснежном летнем платье — с яркими красными цветами, загорелая и в белых кроссовках, она выглядела абсолютно сюрреалистично среди снегов в окружении голого черного леса, над которым нависало тяжелыми серыми облаками небо.

— Почему лучше? — Марина довольно резко обернулась, и вроде как заметила мой оценивающий взгляд.

— Чудо в Андах. Слышала?

— Что-то знакомое, но без конкретики.

— Спортивная команда в Южной Америке, самолет с ней разбился в горах. Погибли не все, и выжившие несколько месяцев выживали в одиночку в горах на холоде. Причем выживали, услышав по радио что их поиски уже прекратили.

Рассказывать, как именно выжили спортсмены и почему этот факт назвали «чудом», Марине я не стал — она как раз держала в руке уже развернутый злаковый батончик, упаковка которых нашлась у меня в машине. В катастрофе в горах Южной Америки меня сейчас интересовал не каннибализм выживших, а другой момент — возможно схожий с нашей ситуацией:

— После того как самолет упал, погибших сложили неподалеку. Но на второй день один из них очнулся — он получил сильный удар по голове, и его приняли за мертвого. Но именно холод не дал развиться отеку мозга. Поэтому… ты же видела волосы на дереве, Аню все же хорошо головой приложило.

— Н-ну, вариант конечно, но… сомнительно, — вновь обернулась Марина, посмотрев на закутанную в спальник и плед девушку на матрасе-волокуше.

— Ты шаришь в медицине?

— Нет.

— И я нет. Таблетку могу на две половинки разломить, жгут могу наложить, обезбол уколоть, перевязать и обеспечить пострадавшему покой или транспортировку до госпиталя по мере сил и возможностей, что мы сейчас и делаем. Так что других хороших вариантов у меня для вас сегодня нет.

Дальше мы шагали в молчании, периодически оглядываясь на приближающуюся бурю. Русло реки пролегало по холмистой местности, но холмы становились все ниже и ниже. Пару километров прошли вообще по небольшой равнине среди черных голых деревьев по сторонам.

Шли быстро — зрелище за спиной очень хорошо мотивировало держать темп. Несколько раз за это время мы с Мариной меняли Константина и заметно усталого Вячеслава. Марина хоть и выглядела вполне спортивно, но сил у нее определенно поменьше чем у меня. Поэтому, когда она заметно выдыхалась, тащил матрас с Аней я в одиночку, давая девушке возможность прийти в себя и перевести дыхание.

— Макс, — после того как мы поменялись в очередной раз, и передали волокушу коллегам, обратилась ко мне Марина.

— А? — выдохнул я, приводя в порядок дыхание.

— А что за анекдот?

— Какой анекдот?

— Про волков.

— Про каких волков?

— Ну ты когда сказал нашим друзьям оставаться вдвоем и проводить время вместе как волки в морозном лесу…

— А, понял. Ну да, анекдот про волков.

— Расскажешь?

«Расскажешь?» — проявила себя и демонесса.