— Возможно, они и не собирались перехватывать “Рыбу” днем, — подал голос Сольпуга. На палубу по моему приказу его только что привела Уля — не тот момент, чтобы дать ценному пленнику отдыхать после долгой вахты. — Предположу, в экипаже достаточно офицеров и матросов с ночным зрением и соответствующих артефактов, чтобы провести внезапную атаку в темноте. Как только стемнеет, они постараются поймать нас на контр-курсе. Наши маневровые и скоростные возможности, как они считают, уже им известны.

— У нас тоже достаточно темнозрящих! — Лана сжала кулак. — А у Талика прицел-артефакт!

— А вот про это дети осьминога в душе не чают, — оскалилась абордажница. — Будет ублюдкам сюрприз!

— Предпочту разойтись бортами без сюрпризов, — покачал головой я. — Шансы на это весьма неплохие: даже если враг угадает, в какую сторону мы отклоним курс от текущего, далеко не факт, что сможет правильно перехватить нас в темноте. Но на тот случай, если им почему-то улыбнется удача, давайте утвердим порядок действий…

Можете представить, что за ночка у меня была. С другой стороны, с прицелом, если не трогать выставленные настройки, Шелковица вполне удалось справиться, так что я даже поспал — часа эдак три в общей сложности. Впрочем я-то — ладно, а вот то, что по сути полторы ночные вахты пришлось стоять трем моим беременным женам… К рассвету уродов, непонятно зачем к нам приципившихся я был готов давить голыми руками. К счастью, встречи в темноте так и не случилось, а это означало, что мы разошлись-таки на контр-курсах. Сейчас окончательно расцветет, Кирби уточнит положение противника и пусть, если хотят, ложаться на курс преследования аж до самого Края света…

— Паруса на горизонте на три часа!!! — заорала Лана с мачты.

М-мать!

— Играй “к бою и маневру!” — надсаживаясь в ответном крике, я схватился за штурвал. Близко! Слишком близко! Но они не перекрывают путь на юг, а значит — все еще есть шанс…

— Еще паруса, тот же тип, встречным курсом на одиннадцать! — еще не успев приземлится, прокричала ламия.

“Так вот как получается тот специфический жаргон возведенный в порядок общения солдат и матросов Уставами: когда надо очень много быстро сказать, лишние слова просто выбрасываются, а слишком длинные заменяются на короткий аналог.” — посетила меня одинокая, совершенно несвоевременная мысль. Посетила — и пропала. Противники нас переиграли.

Причем переиграли еще вчера и по всем направлениям: и тактически, и, если можно так сказать, технологически. От одного пирата — черную тряпку на мачте ближайшего я уже мог разглядеть в прицел — оказавшегося рядом, мы имели шансы уйти. От двух, один из которых прямо по курсу — уже нет. И столь точное позиционирование говорило о том, что они и ночью могли наше местоположение как-то узнавать. Проклятье!

На самом деле, еще можно было попытаться отступить — то есть повернуть назад к Чаше. Благодаря конфигурации парусов, “Рыба” могла идти круче к ветру, чем любой другой корабль с прямыми парусами на мачтах. Вот только совсем не факт, что в окрестных водах там безопасно и меньше риск наткнуться на еще одного флибустьера — скорее уж наоборот. Мы ведь специально поспешили воспользоваться окном, чтобы проскочить, пока взбешенные наглостью джентльменов удачи капитаны военных кораблей вышли поразмять кулачки и напомнить, кто тут главный — и до одинокого рейдера никому и дела нет. Не прокатило.

— Свистать всех наверх, открыть арсенал, — собственно, сделав выбор, выбора другого у меня уже не оставалось. — Сольпуга, курс на ближайшего противника!

Нервничал ли я? Еще как. К счастью, проговорив и утвердив вчера вечером порядок действия в случае ночного столкновения, я фактически приготовил себе пошаговый план, что делать. С вариантами в зависимости от ответа врага. Но все равно не смог сдержать облегчения, когда пирать, хлопнув парусами, выбрал решение бежать! В смысле, убегать до тех пор, пока второй загонщик не подойдет. Они там нас все-таки порядком недооценивают.

Зрелищные бои парусников из кино — в реальности самый конец противостояния, когда победа зачастую уже предопределена результатом многочасовых, а иногда и многодневных маневров. Переиграть противника позиционно и подойти на расстояние выстрела на выгодном курсе — считай, победа. Даже если враг по числу орудий сильнее. В ход идет все: знание ветров и течений в акватории боя, знание мертвых зон у орудий противника, разность высот палуб, скоростные характеристики кораблей, смена суток, погода и прочее, прочее, прочее. Ну и опыт капитана и команды не на последнем месте стоит.

В этом бою все сложилось против нас — во всяком случае, так думал противник. “Убегающий” от нас парусник специально шел так, чтобы расстояние постепенно сокращалось. Ближе к обеду я спокойно мог разглядеть выражения лиц собравшейся на квартердек пиратской лоханки швали. Нет, ну правда именно швали: у кого штанины не хватает на шортах, кто в кителе, явно трофейном, с оторванными рукавами и нараспашку. Причем расовый состав больше светлый: как минимум одного эльфа среди офицеров я опознал, а среди матросов куча сатиров. Наверное, какие-нибудь орки или даже огры у них тоже есть — самые подходящие типы для авангарда абордажа. Улыбаются, суки такие. Ну-ну.