Лукас помогает натянуть брезент и снова протягивает колышки, улыбаясь так, как умеют только хорошие мальчики.

– Спасибо, – говорит ему Дон и принимает колышки, чувствуя тепло его тела на своей коже гораздо дольше, чем готова себе признаться.

Обычный день в лагере «Второго шанса» выглядит примерно так.

Подъем на рассвете. Утренние хлопоты (одеться, умыться, набрать воды, развести костер, приготовить завтрак). Завтрак (всегда скудный). Сбор вещей. Поход. Перерыв, чтобы выпить воды. Поход. Обед (тоже скудный). Перерыв, чтобы набрать воды. Поход. Перерыв, чтобы набрать воды. Поход. Привал. Вечерние хлопоты (поставить палатки / натянуть брезент, набрать дров, развести костер, приготовить ужин, – угадайте, какой опять, – набрать воды, помыть посуду, умыться, подвесить повыше остатки еды). Отбой. Лечь под брезент, слушая звуки диких животных и пытаясь не думать о том, насколько они голодные.

Наконец можно попробовать уснуть.

Рассвет.

И всё по новой.

Еду и туалетные принадлежности приходится подвешивать на ночь на самых высоких деревьях, а это то еще удовольствие. Зато если полениться, к лагерю потянутся медведи, которые могут заглянуть даже к тебе в палатку или под брезент.

У Кристиана есть нож, у Эмбер – баллончик со спреем, отпугивающим медведей, а Эван и Брендон распускают слухи, будто у Кристиана есть даже пистолет. Дон не хочет проверять, но надеется, что это все-таки правда, учитывая, что их Стая бродит невесть в какой глуши, в непосредственной близости от самых разных форм дикой жизни.

(Она пока что видела только одного медведя – одного настоящего медведя. Он был далеко, на густо поросшей травой поляне, и Эмбер, кстати, сказала, что это черный медведь, и он, возможно, боится людей не меньше, чем они его.)

Еще у Кристиана и Эмбер на всякий случай должны быть рация и аварийный радиомаяк, так что, если случится что-то ужасное, они смогут связаться с базой и предупредить соответствующие службы. Лукас говорит, что компания «Второй шанс» для своей программы арендует тысячи квадратных миль угодий, которые примыкают к какому-то национальному парку, а это еще миллион акров гор, лесов и отсутствия цивилизации.

– В общем, если мы заблудимся или пойдем не той дорогой, то, скорее всего, погибнем, – жизнерадостно заканчивает он.

Дон закатывает глаза, хотя вообще-то такая перспектива ее пугает. Они идут уже пять дней, и за все это время она не видела ни души, только ребят из группы. Она не замечает абсолютно никаких признаков жизни, кроме обрывков флуоресцентной маркировочной ленты, подвязанной кое-где на деревьях, чтобы подсказать наставникам, по какой тропе идти, да следов самолета высоко в небе, напоминающих, что где-то далеко еще кипит жизнь.

Дон интересно, скучает ли кто-нибудь по ней.

Впрочем, никакого значения это сейчас не имеет.

По мнению Кайлы, у «Второго шанса» в лесу семь или восемь маршрутов.

– На каждый уходит по шесть дней, – рассказывает она Дон. – Как один большой цикл. Мы уходим на шесть дней, а потом возвращаемся к базе, берем еще еды и вещей и снова уходим. И так раз за разом, пока не сбрендишь или не заслужишь высший статус.

– Как получится, – хмыкает Лукас.

Никто никогда не видел тут других ребят, поэтому, если другие Стаи и есть, видимо, их разделили так, чтобы они не встречались. Кристиан и Эмбер никогда об этом не скажут.

– Ты тут уже несколько месяцев, – говорит Дон Кайле. – Если маршрутов всего семь, значит, ты уже ходила тут, так? Ты узнаёшь эту дорогу?

Кайла одаряет Дон выразительным взглядом: Ох, малышка!

– Я узнаю камни и эти гребаные деревья, – отвечает она. – И затылок тупицы Кристиана. А вообще-то я всегда смотрю под ноги. Ни я, ни ты не знаем, где мы сейчас. Этого не знают ни Лукас, ни вообще хоть один из нас. Мы давно тут заблудились. – Кайла щурится. – Именно это и нравится нашим дебилам-наставникам.

Заблудились.

Кайла права. Дон в лесу уже почти неделю, и если вдруг вся ее Стая исчезнет с лица Земли прямо в этот момент, она умрет в течение нескольких дней, если не часов.

У Кристиана есть карта, компас и рация, но Дон из гребаного Сакраменто. Пригорода Сакраменто. Она никогда не дружила с компасом. К тому же все камни и деревья выглядят для нее совершенно одинаково.

Это не совсем так. Иногда Стая проходит через дождевые леса – сырые, темные, терпкие, почва покрыта папоротниками и обнаженными корнями деревьев, о которые все запинаются, а ветви высоких раскидистых деревьев так и норовят царапнуть по лицу, разодрать одежду и уцепить что-нибудь из дурацкого рюкзака, свернутого из брезента. А порой Стая забирается высоко в горы, – большие деревья остаются позади, а вокруг оказываются только чахлые вечнозеленые деревца да голые скалы, так что можно увидеть все на мили вокруг – то есть миллионы деревьев и одинокие горы вдалеке. Высоко в горах никаких тропок нет; Кристиан ведет их по каменным долинам – вверх, к скалистым пикам, и вниз, в крутые ущелья, – по пирамидкам, выложенным из камней каждые тридцать футов. Иногда Кристиан не находит очередную пирамидку, и тогда все расходятся и ищут дорогу. Обычно этим занимаются Эмбер с Лукасом и Дон. Уорден, Эван, Брендон и Кайла помогать не торопятся: они хохочут над наставниками и кидают камни с горы, а Бриэль просто тихо стоит сама по себе.

В горах ветрено. Холод, высота, бесплодность и непривычные пейзажи нервируют Дон, поэтому она помогает Лукасу и наставникам искать следующую пирамидку. Словно голос в ее голове говорит ей: Тебе здесь не место – и чем быстрее они снова спустятся к дождевым лесам, тем лучше.

Горы рождают в Дон дурные предчувствия. Однако дождевые леса ненамного лучше, чем бурные реки, которые они переходят, балансируя по перекинутым стволам деревьев, утесы, по которым они ползут то вверх, то вниз, пытаясь сохранить равновесие, болотистые луга с липкой и вонючей грязью и постоянным комарьем и мошкой, неустойчивые камни и скользкие корни деревьев на тропе, неровная земля под туристическим ковриком, от сна на котором всегда болит шея, слишком холодные ночи и слишком жаркие дни, вкус озерной воды даже после фильтров, грязь на одежде, зловонный запах собственного немытого тела, свисающие тонкими прядями волосы, мозоли на ногах и укусы насекомых на всем теле, поддразнивания Кристиана и перешептывание Эвана и Брендона, жуткие звуки из ночной чащи и мысли о том, что делать, если Кристиан и Эмбер вдруг умрут или их не будет рядом и придется выживать в одиночку,