— Ну… и это тоже. Он ведь Андрея тоже давно знает, и знает, что мы… блин, Каролина, ну какая разница?! Мы сейчас только время теряем! Тебе нужно поговорить с Ольгой, а в истории, которую ты выпытываешь у меня, ничего интересного нет! Всё было давно!

— Хорошо, — согласилась я. К этой истории мы вернёмся позже. — Что там за дело Попова?

— Ты издеваешься? — снова недовольно цокнула мама. — Уж это я тебе точно не расскажу, как ни спрашивай. Это тоже было в прошлом, и уже забыто.

— Так забыто, что мы собираемся шантажировать этим делом папу? — стояла я на своём.

Мама вздохнула:

— Мы не собираемся, я же тебе уже всё объяснила.

— Мам, я не буду Олю просить, — со вздохом решила я. — Это не честно. Честно будет мне поехать завтра в участок и рассказать правду. Без вранья отца и шантажа. Он наворотил, пусть и разбирается, но без подлости с нашей стороны.

— Он примет за подлость то, что ты не скажешь так, как он требует, — печально произнесла мама. — У меня был только один вариант, как направить его гнев не на тебя. Так бы он злился только на Андрея, как обычно. А будет ещё и на тебя.

— Пусть. Зато мы не будем его предавать и подставлять. Мало ли, я вот Алиеву не доверяю, — тут, конечно, стоит уточнить, какому именно Алиеву, ведь с одним из Алиевых я сегодня собираюсь встретиться, и не в первый раз.

— Хорошо. Пусть будет так, как ты решила. Ты взрослая — делай, как считаешь нужным, — мама поднялась и направилась к двери. — Я тебя в любом случае поддержу. Обеих не убьёт, — ободряюще подмигнула она.

— Мам? — позвала я, когда она уже открыла дверь. Пусть, она не хочет об этом говорить, но одно мне всё же очень интересно: — Ты любила его? Андрея.

— Да, — тихо ответила она, грустно при этом улыбнувшись.

— Тогда почему вы…

— Я испугалась, — перебила она.

— Чего?

— Того, кем он становился, — мама тяжело вздохнула и покинула мою комнату.

Что ж, видимо, папа насчёт старшего Алиева всё же не преувеличивал. Да что там, о нём ведь весь Ростов говорил, Андрея Алиева до сих пор побаиваются. Это же надо было себя так зарекомендовать, чтоб так надолго запомнили. Надо же, он был первой любовью моей мамы, а теперь я встречаюсь с его сыном….

После разговора с мамой я всё раздумывала над тем, что узнала, а потом, ближе к одиннадцати, мне пришло сообщение от Ромы:

"Не смогу сегодня прийти. Отец с меня глаз не спускает, и спать что-то совсем не собирается. Сказал, чтобы я сидел дома, пока ещё во что-нибудь не вляпался. Знал бы он, что я уже вляпался…".

Я грустно вздохнула. Мы не увидимся сегодня, жаль.

"Поняла. Но знай, что я собиралась."

И пусть, что мои родители тоже ещё не спят — я слышала, как они снова ругались, когда папа недавно вернулся домой. Я бы нашла способ слинять, я хотела к Роме, и он должен об этом знать. Хотела рассказать ему историю наших родителей, представляя, как бы мы смеялись над иронией судьбы после моего рассказа, если он ещё не знает об этом.

"Это неожиданно!" — съязвил он в ответ.

"Завтра ты поедешь в участок?"

Мне очень хотелось увидеть его хотя бы там, мельком. Конечно, я понимала, что при родителях нам даже в сторону друг друга лучше не смотреть, но я так боюсь завтрашнего дня, что присутствие Ромы немного бы успокоило меня. Да уж, кто бы мог подумать, что для успокоения мне понадобится именно этот человек!

"Отец не собирался, а значит — и меня фиг выпустят без ругани. Ты решила, что будешь завтра делать?"

"Решила. Скажу правду, а не то, что хочет папа."

"Спасибо. Но он тебя убьёт." — чётко подметил Рома.

Мой вздох стал тяжелее.

"Прямо там — вряд ли, слишком много свидетелей, даже ему потом не отмазаться будет. А до дома, надеюсь, остынет. К тому же, я итак уже наказана."

"Я не дам тебя в обиду. Всё будет хорошо. Спокойной ночи, Каролина."

"Спокойной ночи."

Уснуть не получалось ещё долго, а потом я будто только закрыла глаза, как уже наступило утро. Вот и настал этот решающий день. Сегодня мой отец либо придёт, наконец, в себя, и станет думать о своей дочери, либо я своим рассказом сделаю всё только хуже и окончательно испорчу наши и без того натянутые отношения. Но я должна остановить его.

В участок мы ехали в молчании, всей семьёй. Видимо, мама тоже боялась, что меня убьют прямо на месте, поэтому поехала с нами, и всю дорогу бросала на отца тревожные взгляды. Сегодня в полицию приехала ещё и семья Кости. Мы с Трофимовым увиделись впервые после произошедшего, и я сначала хотела даже прямо при всех всё ему высказать. Но, посмотрев на своего бывшего одноклассника, передумала: Костя выглядел совсем не так, как я ожидала, он казался очень уставшим и очень расстроенным, а я же всё это время представляла, что при встрече он будет мне нагло улыбаться. Но сейчас мне стало жаль Трофимова. Кажется, он уже и сам не рад, что всё это вот так завертелось, и сейчас я только добавлю дровишек в этот огонь своим правдивым рассказом. Вот с этим я не передумала, пора заканчивать это недоразумение.