За Кириллом отправился и Игорь, Артём крепко взял меня за руку и потащил за ними. Нет, я не упиралась, я вообще не понимала, что происходит. Точнее, понимала, но наотрез отказывалась в это верить. Поэтому просто безвольно перебирала ногами, со страхом осматриваясь. И только тогда, когда мы остановились у знакомых мне ворот, до меня окончательно дошло.

— Нет…

— Заткнись! — прошипел Кирилл, копошась в замке калитки.

Артём развернул меня к себе.

— Каролина, всё получится, не бойся! Тебе ничего не нужно делать, только не мешай, пожалуйста! У нас будет куча денег, мы сможем уехать.

— Всё, сигнала нет! — объявил Игорь, пялясь в маленький планшет.

— Пошли! — Кирилл, закончив с замком, вошёл во двор.

Артём затащил и меня, и теперь я уже упиралась.

— Нет, одумайтесь! Пожалуйста!

Господи, я приехала грабить дачу Романа Андреевича Алиева! Как я докатилась до этого?! Как Артём довёл нас до этого?!

— Да закрой ей рот! — зашипел на Артёма друг.

— Вы в курсе, чья это дача?! — взвыла я.

— Так, всё! — Кирилл двинулся на меня, но Артём встал на его пути.

— Угомонись! Разбирайся с замком, тебе ясно?

— Она спалит нас!

Артём развернулся ко мне.

— Успокойся, Каролина. Ты только мешаешь!

— Это вот — ничего плохого?! — прошипела я в ответ, понимая, что деваться мне уже некуда.

Если нас заметят — мне никогда уже не жить даже той жизнью, которая есть у меня сейчас. А когда об этом всём узнает Али — моя жизнь вообще закончится.

Но всё снова было против меня. Когда мы оказались внутри дома, во дворе вдруг послышался шорох, а потом к нам ворвались люди в масках. Вот теперь точно: финита ля комедия, Каролина.

ГЛАВА 33

Каким было самое необычное или странное место, где вы когда-либо оказывались? Наверное, любой среднестатистический человек, прокрутив в голове воспоминания о своей жизни, с лёгкостью ответит на этот вопрос. У каждого найдётся такое место. И у меня тоже нашлось. Но думала ли я когда-нибудь, что окажусь именно здесь, в полиции? И не в качестве свидетеля, а в качестве обвиняемой. Нет, никогда. Но… да, так вышло, что Каролина Вишневская, дочь начальника полиции на пенсии, сейчас находилась именно в такой роли.

Как же я докатилась до такого?! И ведь некого винить, кроме себя. Виноват даже не Артём, притащивший меня на ограбление. Виновата я сама. У меня был шанс отказаться, когда он предложил, я же всегда подозревала, что в его "работе" что-то не так. Но я закрывала на это глаза, мне было так удобно. Удобно было верить, что он ничего плохого не делает. И вот, к чему привело меня это удобство и мой самообман. А ведь даже Кристина когда-то предупреждала меня, что ничем хорошим это не кончится, но и её не послушать мне тоже было удобно.

С момента нашего задержания прошло двое суток. Это было так себе времяпрепровождение, но больше на меня давило психологически осознание произошедшего. Давило, что меня угораздило понаблюдать за "работой" парня, которому я доверяла, именно в этот раз. Плюс, я переживала за то, что Али, узнав об этом всём, совсем разозлится и всё-таки выполнит своё обещание, а я даже не могла связаться со своей семьёй. Телефон свой я видела в последний раз, когда Артём бросил его в машину, а номеров семьи наизусть я не знала. И я была раздавлена.

Но больше всего даже не всем вышеперечисленным, а тем, как поступила с Ромой. Пусть, я и не знала ничего, но он ведь вряд ли в курсе об этом. И с его стороны это выглядит просто ужасно.

Все эти два дня я находилась одна, за исключением моментов, когда меня допрашивали. Но мне было абсолютно нечего рассказать следователю, кроме того, что я оказалась на той даче случайно. В этот раз. И мне даже поверили! Оказалось, что за моим парнем и двумя его дружками полицейские наблюдали уже давно, просто хотели поймать их с поличным, и вот выпал такой шанс. И в тот момент на даче находилась и я, поэтому, как бы мне не верили, факт остаётся фактом. Что ж, кто бы мог подумать, что срок грозит и мне? Да никто не мог, а моего бедного отца теперь точно удар хватит. Хорошая доченька ему досталась, ничего не сказать.

К сожалению, с момента работы в полиции моего отца здесь ещё остались люди, знавшие его лично, поэтому узнали и меня. Удивились, а мне было жутко стыдно. Но спасибо этим людям за то, что относились ко мне здесь не плохо, как я этого заслуживала, из уважения к моему папе.

Если я не была на допросе, то занималась самобичеванием и ревела, и в таком состоянии меня всегда заставал полицейский, который водил меня на "свидание со следователем". И этот раз не был исключением, а дядька, привыкший к моим слезам, уже просто покачал головой, и снова повёл меня по коридору полиции. Но в этот раз мы шли другой дорогой, которая привела нас к выходу из полицейского участка.