— Мы должны остановить его, Ава. Его эго не имеет значения по сравнению с его жизнью.

— Слишком поздно, — шепотом произносит она.

Я с ужасом наблюдаю, как рефери дает сигнал к началу боя. Толпа аплодирует еще громче, когда Крей и Киллиан обступают друг друга.

Чёртов псих ухмыляется и говорит что-то, чего я не слышу. Выражение лица Крея не меняется, но он делает выпад вперед, Киллиан уворачивается и бьет его по лицу с такой силой, что изо рта моего кузена хлещет кровь. Он даже не успевает оправиться, как Киллиан наносит ему еще один удар, отправляя его в полуполет над рингом.

Я вскрикиваю посреди аханья нашей толпы.

Все студенты Королевского университета кричат:

— Килл! Килл! Килл!

Мне кажется, что меня сейчас вырвет.

Мой желудок сжимается, и я обхватываю его рукой, чтобы удержаться от рвоты.

— Какого черта, какого черта! — Реми кричит во всю мощь своих легких, хватаясь за перила. — Не стой там, Крей. Покажи им, что у тебя есть, отпрыск!

Мой кузен не утруждает себя вытиранием крови с лица, делая новый выпад. Киллиан пытается уклониться, но Крей хватает его в удушающий захват и бьет. Наша сторона сходит с ума, а Ава прыгает вверх и вниз.

— Да!!! Крей Крей, держи его!

Прежде чем Киллиан успевает упасть на пол, он отскакивает назад с ударом, но Крей в последнюю секунду отпрыгивает в сторону, что заставляет нашу толпу аплодировать еще громче.

— Кинг! Кинг! Кинг!

С каждой секундой бой становится все более напряженным и жестоким.

Киллиан и Крейтон снова и снова наносят друг другу удары, и ни один из них, кажется, не собирается отступать.

Я отчетливо помню, как этот чертов ублюдок сказал, что он проиграет.

Разве избить моего кузена — это проигрыш?

— Вперед, Крей! — кричу я во всю мощь своих легких вместе с Авой.

Я могла бы поклясться, что мой голос не слышен среди окружающего шума, но голова Киллиана поворачивается в мою сторону впервые с тех пор, как он покинул меня.

Его глаза приглушены, в их глубине нет света, но есть нечто большее.

Как будто он... сердится.

Крей использует эту секунду отвлечения, чтобы ударить его. Я вздрагиваю, когда лицо Киллиана летит вниз, затем в сторону от последовательных ударов.

Но прежде чем мой кузен успевает набрать обороты, Киллиан отбрасывает его, и пока Крей восстанавливает равновесие, другой загоняет его в угол и наносит удар. И снова.

И еще.

И снова.

Крей пытается поднять руки, но убийственную энергию, излучаемую психом, не остановить.

Я отправлю его в кому.

— Килл! Килл! Килл! — Толпа ликует во всю мощь своих легких.

— Постучи, — шепчу я, как будто Крей меня слышит. — Просто постучи.

— Он не сделает этого, — Ава звучит так же испуганно, как и я. — Ты же знаешь, что он скорее умрет, чем постучит.

Даже Реми кричит и проклинает его, чтобы он постучал, но он как будто никого не слышит.

Нет, нет.

Он действительно убьет его такими темпами.

— Килл! Килл! Килл!

Заткнись.

Заткнись.

Все вы заткнитесь, черт возьми.

— Киллиан! — кричу я, даже не уверенная в том, что пытаюсь сказать.

Ава закрывает мне рот рукой.

— Какого черта ты делаешь? Хочешь, чтобы нас убили студенты КЭУ или что-то в этом роде? Болеть за врага — печальный способ умереть, Глин.

Мой крик привлекает внимание Киллиана, потому что он смотрит на меня через плечо. Крей использует возможность оттолкнуть его, и теперь преимущество на его стороне.

Он бьет Киллиана со свирепостью воскресшего феникса. Его удары настолько сильны, что Киллиан отступает назад с каждым ударом. Он не пытается защитить свое лицо.

Или руки.

Проклятье. Разве он не должен быть студентом-медиком? Их руки так же важны для них, как и для нас.

Наша публика сходит с ума, а студенты Королевского университета освистывают.

Николай вскакивает и с размаху бьет кулаком по воздуху своим атласным халатом, явно недовольный таким поворотом событий. Гарет наблюдает за происходящим, нахмурив брови и засунув руки в карманы. Вместо того чтобы выглядеть обеспокоенным, он выглядит более подозрительным.

Возможно, он думает, что это странно, что его брат проигрывает.

С его репутацией никто не поверит в такой сценарий.

Даже я не могу поверить в это.

Мой желудок завязывается узлом, когда я смотрю, как его избивают до полусмерти.