— Понятно, — киваю ей, но беру свой телефон. Хочу проверить, что точно мне никто не звонил.

— Миш, — сахарной патокой растягивает имя и идёт ко мне. — Ты так напряжён эти дни. — Кладет пальцы мне на ладони и забирает из рук телефон, убирая его на полку. — Давай я тебе массаж сделаю. Тебе же нравится. — Берет меня за руки и тянет на себя.

Я послушно иду за ней и подталкиваю, чтобы упала кровать. Пухлые губы растягиваются в соблазнительной улыбке. Девушка приподнимается, облокачиваясь на матрас, и начинает расстёгивать пуговицы на блузке. Красивая, но такая доступная и слишком приставучая. Поджимает жеманно ногу, прикусывая губу. Так скучно, что даже не возбуждает. Но убранный телефон не даёт спокойствия. Как будто что-то не так. Усмехаюсь и разворачиваюсь. За пару секунд я оказываюсь возле полки и беру его в руки. Вижу последний входящий от Леры. Три минуты назад. Разговор длился одну минуту восемь секунд.

— Ты с кем-то говорила по моему телефону? — спрашиваю и улавливаю распахнутые широко глаза, но в тот же миг она расслабляется.

— Ах, да, звонила какая-то Лера. Я забыла сказать. Она что-то хотела по работе…

— Какого черта ты отвечаешь на мой телефон? — перебиваю ее, вспоминая последние сказанные фразы. Особенно "здоровья не желаю".

— Я твой секретарь, — нагло усмехается.

— Мы не на работе. Что ты ей сказала? — Последний шанс ей даю покаяться.

— Что ты занят и перезвонишь.

Я ведь слышал. Нихрена ты не это сказала. Раньше замечал, но не придавал значения. А сегодня она просто перешла все границы. Если Вероника так спокойно врет мне о Лере, то сколько могла врать до этого и о работе.

— Выйди из моего номера.

— Неа, — нагло продолжает лежать на моей кровати и призывно улыбается. — Ты же хочешь меня. Я вижу.

Черт. Горит все внутри. Сжимаю кулаки, чтобы сдержаться. Ей повезло, что она не мужик. Иначе бы уже ехала в больницу со сломанным носом. Представляю, о чем Лера сейчас думает.

— Не хочу, так что можешь идти.

Приходится взять ее за локоть и потянуть на себя, чтобы поднять. Пока веду к выходу, она умудряется обнять за шею и впиться в губы.

— Из гостиницы не выгоняю, — тут же отрываю от себя, — но завтра на форуме я тебя не жду. В понедельник придёшь и напишешь заявление. Ты уволена.

Открываю дверь и вывожу на коридор.

— Что я сделала? Ты сам намекал. И вообще у меня ещё контракт. Я тебя по судам затаскаю, если что-то сделаешь. Придумаю что-нибудь.

Захлопываю дверь перед ней и тыльной стороной ладони стираю остатки ее помады. Скорее беру телефон, чтобы поговорить с Лерой. Дьявол в ее голове знает только, что ещё успела наговорить эта больная. Мне давно не было так стыдно. И, если Лера сейчас не возьмет трубку и не ответит, бл**ть… Придётся все бросить и лететь в Москву. Ей же нельзя нервничать, а тут эта "здоровья не желаю". С**а. Я выдыхаю и набираю Леру. Давай, детка. Наконец начинаются гудки. Хорошо хоть телефон не выключила. Равномерные гудки касаются барабанных перепонок и все, о чем я прошу, чтобы она не наделала глупостей.

Давай же ответь….

Лера

Я смотрю на его фотографию до тех пор, пока телефон тихим вибрированием в руке настойчиво не призывает ответить на входящий. Он точно звонит, чтобы извиниться или оправдаться. Я не хочу сейчас горячиться, но, скорее всего, когда закончится больничный, я не вернусь к нему работать. Удаленно буду, но вот так смотреть на них и радоваться чужому счастью я точно не смогу.

Вызов прекращается, но через пару секунд телефон снова оживает.

Интересно, после моего с ней разговора прошло уже минут десять. Что они делали все это время? Может быть успели… Как раз в душе. Или она рассказала, а он разозлился. Или она не рассказывала, а он сам увидел, что я звонила.

Я провожу большим пальцем по экрану и отвечаю на вызов. Хуже уже не будет. Но достала эта недоговоренность. Лучше уж узнать все сейчас.

— Лера, привет, только не отключайся, — выдает на одном дыхании и замолкает.

— Принял душ?

Ничего более глупого и выдающего мою ревность я сказать, конечно, не смогла.

— В смысле?

— Ну, мне сказали, что ты душ принимаешь.

— Кто, — удивляется, но потом сам же отвечает на свой вопрос: — Вероника? Значит, вы всё-таки разговаривали. Послушай, я был в ванной и мыл руки. А она просто зашла скинуть мне фотографии. И решила, что ей можно отвечать на мой телефон.

— Не оправдывайся, Миша, это делает тебя слабым.

— Я не оправдываюсь, Лер, а объясняю тебе, что произошло. Что она тебе сказала?

— Видимо то, что ты не можешь никак сказать сам.