Благодаря проблеску самоконтроля я не хватаюсь за топор. Я позволяю ему повиснуть на цепи у запястья и принимаюсь молотить по статуе кулаками. Я вою и беснуюсь, пока от лица моего мертвого брата не остается горка зернистой черной пыли, которую тут же подхватывает ветер. Обратный порыв бросает крошево прямо на меня. Пыль липнет к крови, покрывающей меня с ног до головы, словно вторая кожа. Я брыкаюсь и верчусь, пытаясь содрать с себя эту пыль. Но она не сходит, как будто мстительный дух моего прошлого вдохнул в нее жизнь. Я прекращаю неистовствовать, только когда слышу торопливые шаги неподалеку.

Я вскидываю голову. Меня охватывает ледяное спокойствие от предчувствия скорой добычи.

«Кровь, — елейно шепчут Гвозди Мясника откуда-то из глубины моего черепа, — кровь смоет пыль. Кровь смоет прошлое…»

Я поднимаюсь и отшатываюсь от обломков своей прошлой жизни. В горжете звенит вокc, а из шлема, лежащего позади меня на земле, доносится слабое эхо чьих-то голосов:

— Кхарн…

Я едва слышу оклик и на миг возвращаюсь в реальность. На этот короткий миг Гвозди чуть ослабили хватку — настолько, чтобы я смог вспомнить, кто я такой.

— Кхарн, — повторяет шлем, — идем к нам. Мы нашли еще.

Предвкушение новой крови мгновенно воспламеняет мою собственную. Я наклоняюсь, чтобы поднять шлем и водрузить его себе на голову. Сквозь изумрудные линзы я гляжу на свои окровавленные руки, стиснутые на рукояти единственного наследства, которое отец оставил сыновьям. Я воздеваю кулаки, и в них воет Дитя Кровопролития, не меньше моего жаждущее продолжить резню.

— К… кровь, — шепчу я. Мои глаза пылают, словно жерла вулканов, когда я бросаюсь в недра города на охоту.

— Кровь… для Кровавого бога!

Иэн Сент-Мартин — автор аудиодрамы «Конрад Курц. Урок в темноте», романов во вселенной Warhammer 40,000 «О чести и железе», «Люций. Превосходный клинок» и «Караул смерти. Война Криптмана», а также повести «Стальной демон» и нескольких рассказов. Иэн живет в Вашингтоне, округ Колумбия, заботится о своем коте и читает все, что попадается под руку.