– Я предлагаю убрать наше оружие, – сказал Перфекто, – если мы не хотим перерезать друг друга.

– Хорошая мысль! – поддержал Завала. Он положил свой нож на койку, остальные сделали то же самое, но Абрайра по-прежнему жалась в угол и не выпускала кинжал из рук.

Мы сидели на койках или расхаживали по комнате, слушали топот и ритмичное «До – мой!». Пот заливал мне лицо, как будто я выполнял тяжелую работу, дыхание было стесненным. В комнате стало очень жарко.

Под нами кто-то закричал, крик превратился в предсмертный вопль. Я и до этого слышал звуки таких стычек, но не понимал, что они означают. А ведь это заставляли умолкнуть тех, кто пытался разубедить мятежников. Завала чуть улыбался, глаза у него были как у испуганного ребенка. В коридорах отдавалось: «До – мой! До – мой! До – мой!». Пол дрожал, и когда я коснулся стены, она вдруг загудела, как гитарная струна. Перфекто расхаживал по комнате. Подошел к одной стене, повернулся, пошел к противоположной, и так несколько раз. И каждый раз проходил все ближе и ближе от меня, словно большая рыба, которую я держу на леске и подвожу к себе. Я чувствовал, что он хочет защитить меня: подтверждая мое предположение, он подошел, похлопал меня по плечу и остался рядом.

В коридоре стихло; больше не бегали и не кричали самураи.

Абрайра открыла дверь.

– Пусто, – сказала она и вышла.

Мы последовали за ней. Перфекто шел впереди, охраняя меня. Абрайра была права. Темный коридор опустел. Все самураи спустились ниже. Сакура и еще два японца наблюдали с верхнего конца лестницы. Там горели огни, поэтому они не видели нас в затемненном коридоре. Только мы, пятеро латиноамериканцев, оставались на этом уровне. Самураи никого не поставили сторожить нас.

– Что нам делать? – громко спросил Завала, пытаясь перекрыть скандирование.

– Более безопасной позиции, чем эта, на корабле нет, – крикнул в ответ Мавро. – Я думаю, нам нужно защищать лестницу и убивать всякого, кто попытается подняться.

– Всякого? – переспросил Перфекто.

– Si. Если кто-то из этих козлов зайдет нам за спину, нам ни о чем больше не придется беспокоиться. Однако никто не сможет сопротивляться, поднимаясь из отверстия.

Я не мог представить себе, что мы станем убивать всех без разбора.

– Есть более безопасное место, – сказал я. Мавро удивленно изогнул брови.

– Где?

– Над нами, в модуле В, – ответил я.

– А как же зараза? – спросил Завала.

– Вся та часть корабля стерильна. Там, наверху, не осталось ничего живого.

– Атмосфера нормальная, – поддержала меня Абрайра. – Люсио и его людей провели через этот модуль.

Я бывал в служебных помещениях и представлял себе их примерное расположение. С полдесятка небольших мастерских и склады, отделенные от нашего модуля шлюзом.

– Как открыть шлюз? – спросила Абрайра.

Я указал на Сакуру, который стоял вверху на лестнице в круге света.

– У него есть трансмиттер, по сигналу которого открывается шлюз.

Несколькими уровнями ниже раздались крики, звук сотни голосов. От этого задрожал пол, и мы все почувствовали, что надо торопиться: похоже, мятеж уже начался.

Слышались звуки тупых ударов, начались отдельные схватки, а сотни голосов продолжали скандировать: «До – мой! До – мой! До – мой!»

Сакура и с ним несколько наемников вглядывались куда-то в сторону, и я понял, что они наблюдают за схваткой. Абрайра неслышно оказалась за спиной Сакуры и ударила его по почкам. Он упал. Мы вырвались из тени, спутники Сакуры убежали.

Сам он лежал на полу, хватая ртом воздух, Абрайра обшаривала карманы его кимоно. Внизу на лестнице, в трех уровнях под нами, самураи сражались с латиноамериканцами. Стоял сплошной гвалт, и мы уже не различали звуков отдельных схваток. Впечатление было такое, словно на фоне общего, все покрывающего шума, люди сражаются молча. В воздухе пахло потом и кровью.

Абрайра достала из кармана Сакуры трансмиттер.

– Это? – крикнула она.

Я кивнул, женщина направила трансмиттер на дверь шлюза и начала нажимать кнопки. Ничего не произошло. Я увидел на приборе маленький белый диск – устройство для чтения отпечатков пальцев.

– Давай попробую, – предложил я, взял у Абрайры трансмиттер и прижал к нему большой палец Сакуры. Дверь начала отодвигаться. Абрайра бросилась вверх по лестнице. За дверью открылся широкий туннель, и лестница заканчивалась у проема, ведущего в модуль В.

Я подумал, что надо бы отрезать большой палец Сакуры, чтобы я мог пользоваться трансмиттером, но Сакура лежал без сознания и не представлял угрозы. Поэтому я потащил его вверх по лестнице. Никак не думал, что смогу это сделать при повышенной силе тяжести, однако страх придал мне силы. Я таки поднял Сакуру ко входной двери шлюза и в изнеможении повалился рядом.

Абрайра ждала меня. Прежде чем я успел открыть выход в модуль В, она выхватила у меня трансмиттер, прижала к нему большой палец Сакуры и надавила на кнопку, запирающую нижнюю дверь. Перфекто стоял на середине лестницы, , прикрывая меня со спины. Он удивленно посмотрел на закрывающийся шлюз и крикнул:

– Дон Анжело, подожди! – и попытался прыгнуть в полуоткрытую дверь, но не успел, она уже задвинулась. Стало тихо.

Абрайра прижала острие деревянного кинжала к моему горлу.

– Не шевелись, старик, – сказала она. Я, тяжело дыша, лежал на полу, лишившись сил после подъема. Она сунула руку мне в рукав и отобрала хрустальный нож, потом вытащила из-за пояса мой деревянный кинжал. – Я оставляю тебя жить, потому что ты стар, медлителен и безоружен. – Лицо ее было бледной маской ужаса, хотя она изо всех сил пыталась справиться с ним. Прижалась спиной к стене и взмахнула ножом.