– Оооо.
– Бутс толкнула его локтем и звонко рассмеялась.
– У меня от тебя мурашки по коже.
– Она указала на свою грудь.
– Только посмотри. Соски стали совсем твердыми.

Ее груди под майкой колыхались, когда автобус шел по ухабам на дороге. Затем Бутс скользнула рукой по внутренней стороне бедра Нормана. Она улыбнулась ему и бросила такой взгляд, который опытные люди называют "приглашением в постель".

"О нет..."

Норман почувствовал, как стало тесно у него в трусах.

"Черт, она такая уродина. Свиномордина. Только вот у нее есть что-то такое, что разжигает меня изнутри.

Прохладный, кондиционированный номер в мотеле был бы сейчас очень кстати. Голая Бутс. Лежащая на кровати. Поглаживать ее живот. Дразнящие поглаживания, направленные вниз, к той волшебной зоне вьющихся волос и влажной..."

– Еще десять минут, - объявил водитель, - Потом вы, ребята, сможете перекусить.

Он не обернулся. И больше ничего не сказал.

Норман отвлекся от горячих, потных мыслей о горячей, потной (и голой) Бутс и посмотрел через лобовое стекло автобуса. По-прежнему кустарник, мескит и кактусы. Но еще больше оврагов и зазубренных нагромождений скал и гор. Так же пустынно, как и в пустыне. Цивилизация осталась где-то далеко позади. Дикие земли.

Затем, прямо впереди, появился знак:

СДЕЛАЙТЕ ОСТАНОВКУ В ПИТС

ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЯМЫ

ПИТС, КАЛИФОРНИЯ, население 6

Футболка на парне. Норман посмотрел. Надпись на груди гласила: "Я БЫЛ В ПИТСЕ"

Норман подумал: "Похоже, мы тоже направляемся в Ямы.

Чертовски подходящее название". Он провел языком по губам.

"Чертовски подходящее".

Глава 37

Тот пятничный вечер выдался напряженным. Памела обслуживала столики с полудня. Движение в выходные началось рано. Теперь здесь было много людей с аппетитом, который нужно было удовлетворить, и жаждой, которую нужно утолить. От дальнобойщиков до отдыхающих.

Фу-у-ух. Горячая работа.

"И все же приятная",– подумала Памела, подавая мороженое молодой паре с ребенком на высоком стульчике. Двухлетний малыш сидел и жевал жареную картошку. Однажды он громко закричал. Маленький мальчик укусил свой собственный палец вместо золотистого ломтика жареной картошки.

Но теперь он был счастлив. На подбородке у него уже была капелька клубничного мороженого.

У стойки Памела встретилась взглядом с Ники.

– Питсбургер "Щедрость" сегодня действительно разлетается, - сказала она.

Ники тепло улыбнулась.

– Да, а я и подумать не могла, что в Заке есть хоть что-то хорошее.

– Три питсбургера за пятый столик, - пропел Терри от жаровни.

– Эта работа поможет оставаться стройной, - пробормотала Памела. – Приходится проходить по пять миль в день, обслуживая столики.

– Подумываешь остаться?
– На лице Ники появилась надежда.

– Попробуйте прогнать меня.
– Памела подмигнула ей и подошла к столу, на котором Терри поставил три массивные тарелки. Двойные мясные котлеты превратили гамбургеры в мини-небоскребы. Вокруг были картофель фри, капустный и картофельный салат.

"Хотя я знаю, из чего состоит сегодняшнее блюдо, я и сама начинаю чувствовать голод". Памела поставила тарелки на поднос, затем отнесла их трем парням в рубашках и галстуках. Они с жадным предвкушением ждали восхитительного угощения, которое перекочевало к ним в руки от красивой девушки.

Ее ожидали солидные чаевые. Она чувствовала это.

Когда она забирала их тарелки с закусками, Лорен перехватила ее, серьезно глядя ей в глаза.

– Памела, - прошептала она, стоя у прилавка.
– Шарп привел кое-кого.

Памела вдруг почувствовала волнение.

– Он спас их?

Лорен кивнула.

– Выглядят как подростки. Двое парней и девушка.

– С ними все в порядке?

– Они застряли в пустыне, когда их грузовик сломался. Они устали. Очень обезвожены.

– Похоже, им не помешают прохладительные напитки.

– И не только.

– Хочешь, приготовлю им столик?

– Кабинку. Мне нужно будет поговорить с ними, когда они будут есть. Выяснить их историю, и все такое.

Памела ощутила головокружительный вихрь воспоминаний. "Всего несколько дней назад меня привезли в Питс. Шарп спас меня от психопата Родни".