Ну уж нет! Я должна все ему рассказать! Какое-то неугомонное мстительно чувство не давало покоя. Еще слишком свежи были воспоминания о холоде в той камере, куда он хотел меня поместить! Пусть знает, что чуть не отправил меня к праотцам!

— Нет…

— Нет?

— Я… очнулась… давно…

Он судорожно вздохнул и замер, глядя на меня.

— Не… могла… сказать… пошевелиться…

Он резко выдохнул.

— Черт! — прошипел он и отвернулся.

Некоторое время стояла мертвая тишина. Он о чем-то думал. Я же лежала, наблюдая за ним. Вопросы толпились в голове, путались, сбиваясь в кучу и настойчиво требовали выхода. Придется немного подождать. Говорить было еще трудно, после нескольких произнесенных слов горло саднило, словно от простуды. Наконец, он оторвался от своих размышлений и снова повернулся в мою сторону.

— Ты хочешь есть? — поинтересовался он.

— Есть… — я задумалась, пытаясь осознать это слово.

Он ждал ответа, не сводя с меня глаз, выражение которых было невозможно прочитать.

— Пить… — желание пришло само собой, словно вынырнув из глубины подсознания. — Хочу пить…

— Хорошо! — он кивнул, снова поднял меня на руки и куда-то понес.

Я хотела снова закрыть глаза, вспомнив, как вчера меня раздражали радужные стены в коридорах. Ничего подобного не произошло. Все было сделано в приглушенных теплых тонах, которые теперь радовали глаз. Странно. Видимо, в прошлый раз я была немного не в себе.

Мы оказались в небольшом помещении. Он усадил меня в мягкое кресло, удостоверился в том, что я не упаду. Я перевела дух и осмотрелась. Это явно кухня. Взгляд скользил по шкафам, огромному зеркальному холодильнику, причудливо изогнутой барной стойке. Все привычное взору, правда не совсем.

Везде металл, словно это кухня какого-нибудь кафе. Не хватало домашнего уюта, кружевных занавесок, скатерти и прихваток для кастрюль, сшитых в форме черепашки.

Я отвлеклась и невольно вздрогнула, увидев стакан сока перед лицом.

— Сможешь сама удержать? — поинтересовался он.

Я кивнула, поднимая вверх дрожащие руки и пытаясь обхватить гладкую стеклянную поверхность ладонями. Это удавалось с трудом.

— Я помогу, — обнадеживающе улыбнулся он. Я снова кивнула. Он придерживал стакан, чтобы я смогла попить. Я чувствовала во рту прохладную жидкость, которая утоляла мою жажду, и более ничего. Вкуса и запаха не было.

— Вкусно? — с улыбкой спросил он, наблюдая за моими гримасами.

— Нет… не очень… — прошептала я, чувствуя, что огонь, полыхающий в горле понемногу потух.

Он засмеялся, убирая пустой стакан и садясь напротив меня.

— Мне нужно знать, что ты помнишь, — произнес он, внимательно глядя в мои глаза. — Это очень важно.

Он разговаривал со мной, словно с маленьким ребенком. Мне это не понравилось. Я должна показать ему, что я уже взрослый человек. Неожиданная мысль пронзила тело, словно холодной иглой, невольно заставив содрогнуться. А вдруг я… Вдруг я на самом деле еще ребенок? Или глубокая старуха, которая кроме простых фраз уже не способна ничего понимать? Спина покрылась холодным потом, заставив одежду прилипнуть к телу.

Я медленно подняла ладонь к лицу, рассматривая руку, поворачивая, как будто видела ее впервые. Ладонь явно взрослого человека, но не пожилого. Кожа была гладкой. Явно не ребенок и не старушка.

— С тобой все в порядке? — встревожено спросил он. — Что случилось? Тебе плохо?

— Зеркало! — из последних сил простонала я. — Дай… мне… посмотреть!

Он медленно выдохнул воздух, удивленно воззрившись на меня, потом снова улыбнулся.

— Ну, конечно! — со смехом воскликнул он, вставая с места, — Как я мог забыть! Женщины…

Он обошел сзади мое кресло и покатил его в сторону холодильника, все так же усмехаясь себе под нос. Я невольно зажмурилась, когда он остановился перед зеркальной поверхностью.

— Открой глаза, — тихо произнес он. Его голос согревал, словно пуховое одеяло, окутывающее тело в мороз. — Поверь, тебе нечего бояться!

Легко ему говорить! Он знает, как выглядит, а мне еще предстоит это испытание. Я глубоко вздохнула и приоткрыла веки.

Из глубины зеркальной поверхности на меня смотрела пара людей: девушка и высокий молодой мужчина, стоящий за ее спиной. Я, не отрываясь, изучала ее лицо. Светлые длинные волосы, сейчас неряшливо всколоченные, темные брови, зеленые глаза.

С губ сорвался облегченный вздох. В принципе, если меня привести в порядок, то будет не так уж плохо. Я скользила взглядом по своей фигуре, которую не могло скрыть даже бесформенное одеяние.

Белая длинная рубашка, сродни тем, что бывают в больничных палатах. Словно наволочка. Я недовольно поморщилась, но выдвигать претензии не стала. Взгляд скользнул ниже, рассматривая длинные ноги и узкие босые ступни. Я снова подняла глаза вверх, чтобы охватить всю картину.

Мужчина с интересом наблюдал за выражением моего лица. Казалось, что все это его чрезвычайно забавляло. Я замерла, рассматривая его отражение в зеркальной поверхности, увидела его смеющиеся глаза и невольно покраснела, будто меня застукали за чем-то не совсем приличным.