— Барон начал ко мне приставать. Сказал, что либо я с ним сплю, либо тут больше не работаю. Я выбрала второе. Он выставил меня из дома посреди ночи за это, но я ни о чем не жалею! – гордо вскинула голову я, зябко кутаясь в легкий плащ.

Под ним у меня было только мое полуразодранное платье, которое не было времени поменять на целое. Да и не хотелось пачкать еще одно платье сливками. Этому-то уже в любом случае все равно.

— Небось прихватила с собой некоторые ценные вещи хозяев, — протянул стражник.

— Я ничего не брала. Можете проверить мои вещи, — начала злиться я.

Время уходило, барон мог очнуться в любой момент. Ничем существенным мне это не грозило, но лишняя огласка ни к чему. Обыска вещей я также не боялась: амулет я держала в руке, крепко сжав ее в кулак. Он небольшой, так что я спокойно этой рукой прижимала полы плаща, не боясь, что заметят кусочек стихии.

— Ладно, верю. А даже если что и прихватила – поделом барону, глядишь не обеднеет. Иди. И удачи тебе. Есть куда идти? – по-доброму усмехнулся стражник.

— Сейчас в таверну, а с утра покину город. Вернусь домой в столицу. Наотдыхалась тут уже, — подтверждая легенду, ухмыльнулась я.

Стражник ничего не ответил, провел меня до ворот особняка, открыл их и еще раз попрощался, после чего вернулся на свой пост.

Итак, жизнь налаживается. Осталось добыть еще три части амулета и меня ждет моя обещанная награда. А там можно и отомстить. Я могу и подождать несколько лет. От этого меньше жаждать расплаты я не стану.

Айк

После того как Альена ушла, я вернулся в таверну. Мне все время казалось, что я что-то упустил, был недостаточно убедительным в разговоре с ней. А с другой стороны, совесть мне шептала, что я и вовсе не имел права лезть к девушке. Я не знаю ее прошлого, только ей решать как поступать с его отголосками.

— Айк, с ней же будет все в порядке? – спросил Хан. С легкой руки Альены мы все привыкли уже его называть сокращенным вариантом имени.

— Что ей станется? – пожал плечами Саймон.

— От тебя я другого и не ожидал, — отмахнулся маг.

— Он прав. Она не наивная девчонка, из любой ситуации выкрутится. В конце концов, не имея ничего ей удалось год скрываться от ищеек Радмира и от нас. О чем-то это говорит. Что-то серьезное ей вряд ли может грозить у барона. Максимум потискает ее. Что-то большее она не позволит даже ради амулета. Если уж совсем завалит задание придется нам вмешаться. Расположение части амулета мы знаем, это главное, — неожиданно вмешался Джастин.

— Согласен. А где Крис? – только сейчас я заметил отсутствие еще одного члена нашей компании.

— Как всегда, узнает последние новости. Следующий наш клиент уже полгода живет в соседнем городе и в ближайшее время оттуда уезжать не собирается. Значит, следующая часть амулета тоже там. Вот Крис и пытается заранее что-то разузнать о том, что происходит на территории нашего следующего объекта. Заодно держит ухо востро на предмет разговоров о нашем бароне, мало ли что. Сплетни летят быстрее, чем сведения по шпионским сетям и, зачастую, несут больше полезной информации, — ответил Саймон.

Мы еще немного посидели. По всему выходило, что здесь мы задержимся еще недолго, и я отправил Саймона с Джастином обновить провиант на предмет сухпайка для дороги. Те сказали, что придут попозже, ближе к ночи. Я не стал уточнять, где их будет носить – борделей в любом городе хватает.

Мы с Ханом остались сидеть в таверне, как всегда, в ожидании. Краем глаза я заметил, что он мнется, словно думая стоит ли мне что-то рассказать или нет.

— Что-то случилось? – спросил его я.

— Да нет. Не то, чтобы… Не знаю. В общем, неважно, — как-то неуверенно ответил тот.

— Говори, — приказал я, моментально став серьезным.

— Да я не знаю, стоит ли рассказывать. Я и сам еще толком ничего не понял. Просто странно и все. А так, ничего особенного и не произошло, — вновь замялся он.

Это его главная проблема. Парень, безусловно, талантливый. И интуиция на высшем уровне, но вот его природная неуверенность и стеснительность все портит.

— Я жду, — поторопил его я.

— В общем, помнишь, когда Альена сбежала из твоего дома? – решился он.

— Такое забудешь, — не удержавшись, хмыкнул я.