Шрифт:
Потомки об этом событии сложили стихи:
Братья были в разлуке, как части разрезанной тыквы,Письма не доходили, терялись устные вести.Ныне ж, как тигр с драконом, как ветер с облаками,Слуги опять с господином шумно пируют вместе.Лю Бэй решил покинуть Гучэн и занять оборону в Жунани — слишком уж мало у них было войск, всего четыре тысячи пеших и конных воинов.
Мы еще поведем речь о том, как они жили в Жунани, как набирали войско и какие у них были планы, а пока поговорим о Юань Шао.
Лю Бэй не вернулся к нему. Юань Шао несколько раз порывался поднять войско и идти на беглеца войной, но его отговаривал Го Ту.
— Лю Бэя бояться нечего, — убеждал он. — Самый сильный наш враг — Цао Цао, и его надо уничтожить! Лю Бяо не так уж силен, хотя и владеет Цзинчжоу. А вот цзяндунский Сунь Цэ держит в руках земли шести округов, расположенные по трем рекам. У него большое войско и советников много. Вот с кем полезно заключить союз!
Юань Шао послушался его и послал Чэнь Чжэня с письмом к Сунь Цэ.
Вот уж поистине правильно сказано:
Едва ушел из Хэбэя один могучий герой,На место его из Цзяндуна уже появился другой.О том, что случилось дальше, вы узнаете из следующей главы.
Глава двадцать девятая
из которой читатель узнает о том, как «Маленький богатырь» казнил Юй Цзи, и о том, как «Голубоглазый отрок» покорил Цзяндун
С тех пор как Сунь Цэ завладел Цзяндуном, его могущество неизмеримо возросло. В четвертом году периода Цзянь-ань [199 г.] он захватил Люцзян, разбив войска Лю Сяня. Покорился ему и Хуа Синь, тай-шоу округа Юйчжан. Слава о Сунь Цэ загремела повсюду. Он послал донесение о своих победах в Сюйчан. Зная о его могуществе, Цао Цао со вздохом говорил:
— Это — лев! С ним трудно бороться…
Он строил планы выдать замуж дочь Цао Жэня за младшего брата Сунь Цэ, по имени Сунь Цюань, связав семьи брачными узами. Оставив гонца Сунь Цэ Чжан Хуна в Сюйчане, Цао Цао раздумывал, что предпринять.
Сунь Цэ требовал звания да-сы-ма; Цао Цао не соглашался. Сунь Цэ негодовал и думал о нападении на Сюйчан.
В это время Сюй Гун, тай-шоу округа У, отправил Цао Цао письмо:
«Сунь Цэ храбр, как Сян Юй. Почему бы не оказать ему почести и не вызвать в столицу, где он представлял бы меньшую опасность, чем в своих владениях?»
К несчастью, стража схватила гонца на переправе через Янцзы и доставила к Сунь Цэ. Тот страшно разгневался и велел казнить гонца. Сюй Гуна он вызвал к себе якобы для обсуждения дел. Тот явился, ни о чем не подозревая.
— Значит, ты хотел спровадить меня в страну смерти? — напустился на него Сунь Цэ, размахивая письмом. — Эй, стража, задушите его!
Сюй Гуна умертвили. Семья его разбежалась, спасая свою жизнь. Однако нашлись три преданных друга, готовых за него отомстить. Они ждали лишь удобного случая.
И вот однажды Сунь Цэ с отрядом войск отправился на охоту в горы западнее Даньту. Увлекшись преследованием оленя, он ускакал далеко и тут заметил трех человек, вооруженных копьями и луками.
— Кто вы такие? — спросил он, придерживая коня.
— Воины Хань Дана; охотимся здесь на оленей, — ответили вооруженные люди.
Сунь Цэ тронул коня. Неожиданно один из них ударил его копьем в левую ногу. Сунь Цэ выхватил меч и бросился вперед, но клинок упал на землю, в руках у него осталась одна рукоятка. Другой воин выстрелил из лука и попал Сунь Цэ в скулу. Он выдернул стрелу и в свою очередь выстрелил в противника из лука. Тот упал. Двое других с копьями бросились на Сунь Цэ.
— Мы — слуги Сюй Гуна, мстим за нашего господина.
Сунь Цэ остался без оружия. Он обратился в бегство, отбиваясь своим луком. Противники наседали. Сунь Цэ уже несколько раз был ранен копьями. К счастью, в самый опасный момент появился Чэн Пу.
— Бейте их! — еще издали закричал ему Сунь Цэ.
Чэн Пу быстро расправился с нападавшими. Лицо Сунь Цэ было залито кровью. Разрезав халат, ему перевязали раны и увезли лечить в Ухуэй.
Потомки сложили стихи, восхваляющие друзей Сюй Гуна:
Тот муж, что в долине Янцзы затмил всех умом и силой,Однажды, охотясь в горах, попался во вражий капкан.Три друга Сюй Гуна пришли, готовые к смерти и славе,И отдали жизни свои за правду, как верный Юй Жан.Сунь Цэ велел пригласить лекаря Хуа То, но его не оказалось на месте — он отправился в Чжунъюань, а здесь остался один из его учеников.
— Наконечник стрелы был отравлен, яд уже проник в кости, — сказал он, осмотрев больного. — Надо в течение ста дней соблюдать полный покой, пока не минует опасность. Но если вы будете гневаться и волноваться, язвы не залечить!