– Зачем нам на место ДТП – не знаю. Нас выщелкнул лично Анатолич и больше ничего не рассказал, только что нужны мы оба.

– Понятно, – Игорь завернул крышку термоса, из которой пил, обратно, – что ничего не понятно.

Кирилл промолчал.

Двое мужчин в машине были похожи – и внешне, и чем-то, что безошибочно выдавало в них сотрудников органов в штатском. Уверенные манеры, отстраненность от чужих проблем. Короткие стрижки, скрывающие раннюю седину, морщины на еще не старых лицах. Им обоим было за тридцать, и каждый почти десять лет проработал в полиции.

Они ехали по сонным улицам еще не проснувшегося города, быстро выбираясь из спальных районов к заводам и фабрикам. Когда пяти- и семиэтажки закончились, началась промка: здания старых цехов, облупившиеся заборы и ржавые ворота. Депрессивный пейзаж вокруг никак не действовал на оперативников: они здесь родились и выросли, а потом, в ходе своей работы, видели много чего более грустного и страшного, чем медленно умирающий город.

Через десять минут они были на месте. Улица Ударников тут пересекала реку, отделяющую заброшенные склады от кладбища и пустырей. Здесь ветер дул еще сильнее, превращаясь в настоящую метель. Для ДТП без жертв тут собралось слишком много народу. Стояли машины полиции, карета скорой помощи, ГИБДД, МЧС. На мосту, целиком перегородив одну из полос, уперся стальными ногами в асфальт автокран. Когда Игорь и Кирилл подъехали, он как раз грузил на эвакуатор разбитую машину такси.

– Это, видимо, и есть пловец, – сказал Кирилл, показывая на нее пальцем.

Игорь кивнул. Вся передняя часть такси была разбита, из машины продолжала стекать вода.

Они вышли из машины и направились к патрульному, который играл роль оцепления на абсолютно пустой дороге.

– Здорово, мужики! – патрульный улыбнулся, узнавая знакомые лица. – Что, не спится?

– И пропускать такое? – Кирилл улыбнулся в ответ. – Начальство не приезжало?

– Та не, – ответил патрульный и поглубже спрятался в ворот куртки. Ему было холодно и скучно стоять на месте, в шесть утра не нашлось зевак, которых он мог бы погонять.

– Что было-то? – спросил Игорь.

– Хэзэ, вон Миша Семенов с водолазами трется, он здесь весь движ наводит.

Оставив молодого патрульного, Игорь с Кириллом пошли в сторону крепкого мужчины в кожаной куртке, спортивных штанах и белых кроссовках, который, казалось, вынырнул в морозную ночь прямиком из девяностых. Рядом с ним курил, закутавшись в термоодеяло, водолаз.

– Миша! – окликнул Кирилл.

– Какими судьбами? – Семенов был явно удивлен увидеть здесь коллег. – Вас зачем ни свет ни заря выдернули?

Игорь пожал плечами.

– Что случилось-то? – спросил Кирилл, доставая сигареты.

– У нас случилась удивительная история, – начал с усмешкой Миша, большой любитель потравить байки. – Устав от забот пассажирского извоза, ударно отдубасив за рулем целые сутки, уроженец хлебного Ташкента Алишер Бабаевич решил поспать там, где и работал, – за баранкой. И как бы все нормально было, только уснул он, не снимая лаптей с газа, ну и занырнул сразу под лед, проехав при этом через забор насквозь. Но наш Алишер – парень на редкость везучий и смог вылезти из тачки.

– Так, и не замерз? – спросил Игорь.

– Я же говорю, на редкость везучий парень. Мужик один здесь проезжал и к себе его подсадил, чтобы тот не отъехал. Довез до больницы и дэпээсников вызвал. Ну а те че? Кто его знает, один он был или с пассажирами. Ну, гайцы и вызвали спасателей. Я как мужика опросил, понял, что наш таксоид вообще собирался тупо свалить втихую, типа не при делах, и было бы сейчас лето, так бы и сделал.

– Понятно, – сказал Кирилл.

– Митрич, давай, твоя очередь – осклабился Миша.

Водолаз вздохнул, было видно, что выступать в роли рассказчика ему нравится куда меньше, чем оперу.

– Да чего рассказывать, – водолаз сплюнул и глубоко затянулся. – Нырнул, в машине никого, начал стропалить, чтобы ее вытаскивать, а рядом с ней – труп. Ну я попытался его поднять, но он к какому-то куску цемента привязан неподъемному…

Рассказ водолаза прервал резкий свист.

– Начальник! Что еще тягать будем? – оператор крана закончил с машиной.

– Ща! – крикнул ему в ответ Миша. – Митрич, давай!