Джонна открыто посмотрела на него.

— А почему вы думаете, что их освободитель — мужчина? — спросила она. — Это могла быть и женщина.

— Вам очко. — Декер отхлебнул виски.

— Вероятно, это мужчина, — уступила она. — И вряд ли Сокол — настоящее имя. Это было бы довольно глупо, не так ли? Несомненно, рабы не собирались выдавать его.

Джонна придвинулась к самой спинке стула и подтянула колени к груди. Из-под пеньюара высунулись пальцы ног. Декер отметил, что она действительно босая.

— А зачем Грант хочет с ним встретиться? — спросил Декер.

— Ему пришло в голову, что он может помочь Соколу. Деньгами. Кораблями. Еще связать его с «подземкой». Что-нибудь в этом роде. Грант хочет активно участвовать в деле, в которое верит.

— Значит, мистер Шеридан не бесхребетный человек. Какое счастье для вас!

Фиалковые глаза Джонны впились в лицо Декера, ища следы сарказма. Но сарказма не было ни в его чистых, точеных чертах, ни в голосе.

— Да, — сказала она. — Да, нам обоим повезло.

Декер отметил, что в ее голосе не было уверенности. Он вспомнил, что сегодня вечером она особенно подчеркнуто сообщила, что Шеридан не является ее женихом.

— Вы беспокоитесь за него? — спросил Декер.

— По-моему, есть основания.

— Мне кажется, он в состоянии постоять за себя. — Декер потер то место на голове, куда пришелся удар Шеридана.

— В драке — возможно. Я говорю о таких делах, которые могут привести его на виселицу.

— Но не здесь же, в Бостоне!

— Однако Шеридан иногда плавает на своих кораблях. И сейчас отправляется на Юг. Если он возьмет на борт беглых рабов…

— Понятно.

Он немного поколебался, осушил свой стакан и резко отставил его.

— Скажите мне одну вещь, мисс Ремингтон. Если вы так восхищаетесь этим человеком, то почему не соглашаетесь выйти замуж за него?

Джонна ответила не сразу. Она не знала, что ответить, пока с ее губ не слетели слова:

— Вы не будете слишком возражать, если я попрошу вас поцеловать меня?

Декер молчал, внимательно глядя ей в лицо. Просьба была серьезная, вполне искренняя, но он думал, не сожалеет ли уже она об этом.

— Совсем не буду возражать, — ответил он наконец спокойным голосом. Но что за идея пришла ей в голову? Этот вопрос он задал себе. Декер, не вставая со стула, наклонился к ней. Джонна заморгала.

— Нет, — сказала она.

Хотя Декер в равной мере почувствовал и разочарование, и облегчение, на его лице ничего не отразилось. Он замер, сохраняя молчание, затем опять откинулся на спинку стула.

— Хорошо.

— Нет, — повторила Джонна, качая головой. — Вы не поняли.

Разумеется, понять это было довольно трудно.

— Наверное, не понял.

— Вы не могли бы сначала встать?

Он задумался. Очевидно, она желает руководить этим поцелуем. Он с трудом подавил желание расхохотаться и сгрести ее в охапку немедленно. Как это типично для Джонны Ремингтон и как забавно!

— Отлично, — сказал он, поднимаясь со стула. И добавил участливым голосом, надеясь ей помочь:

— Но с такого расстояния я в лучшем случае могу послать вам только воздушный поцелуй.

Она хмуро посмотрела на него, и между ее бровями, похожими на крылья, обозначилась складка.

— Если вы намерены отнестись к этому несерьезно…

— Ну что вы, — возразил он, — ни в коем случае!

Она по-прежнему не сводила с него глаз, высматривая в его чертах хоть малейший намек на насмешку. Но сейчас его лицо выражало только ожидание. Джонна заговорила, пока ее мужество не дрогнуло.

— Вы должны подойти сюда. — И она указала на край стола возле себя.

Декер обогнул угол стола и, не дожидаясь дальнейших указаний, уселся на стол, вытянув перед собой ноги. Его руки небрежно лежали на бедрах.

Джонна с удовлетворением кивнула:

— Да, вот так.

— Так я и подумал, — сухо отозвался Декер. Джонна не обратила внимания на это.

— Не возьмете ли вы меня за запястье? — спросила она. Он протянул руку.

— За оба, — сказала она.

— Нужно выражаться точнее.

— За оба, — повторила Джонна.

Он взял ее запястья в руки. Он знал, что будет дальше, но ждал указаний.

— Вы можете поднять меня на ноги? Декер помедлил.

— Это надо сделать нежно или применить силу?