— Не такую кончину я желал бы себе, Ваше Высочество, — на этот раз поклон бретера составил где-то три четверти от предыдущего. — Но, думаю, здесь мой голос…

Бретер запнулся в поисках нужного слова.

— Совещательный, — шепотом подсказала Елена, не сделав поправку на тишину в комнате. Ее голос прозвучал достаточно громко, чтобы услышали все. На лицах дворян мелькнули бледные тени усмешек, королева состроила еще одну брезгливую рожу.

— Что ж, — король обратился к супруге. — Может быть, ее платье и безвкусно… с чем я, кстати, не соглашусь, но в уме девице не отказать.

Тетрарх задумался или сделал вид, что задумался. Покрутил в воздухе пухлыми пальцами, словно разглядывая блики на перстнях.

— Поступим следующим образом. Добродетель необходимо вознаградить. Да будет же она вознаграждена.

Он хлопнул в ладоши, будто стукнул двумя подушками. Сквозь неприметную дверцу в углу комнаты зашел слуга, держа довольно увесистый ящик, скорее даже футляр, полированный, без вензелей и знаков. Лакей положил ящик на круглый столик и с поклоном открыл, демонстрируя больше тетрарху, нежели Раньяну, которому это явно предназначалось. Елена вытянула шею и сглотнула, едва не прикусив язык от зависти.

Женщина уже научилась более-менее разбираться в оружии, так что увидела не просто двуручную саблю в классическом стиле бретеров, а роскошную вещь, сделанную руками выдающихся мастеров. Неярко выраженный изгиб клинка, позволяющий колоть с той же легкостью, как рубить, отличный полированный металл без каверн и дефектов ковки. Казалось, что сталь тихо и мелодично звенит от одного лишь взгляда на нее. Рукоять обложена черным деревом со вставками голубого янтаря из северных рек. Перекрестье чуть длиннее обычного и сбоку не традиционный крюк, а витое кольцо. В навершие вставлен граненый камень, похожий на рубин, однако темнее, не столь прозрачный. Женщина даже примерно не могла представить, сколько может стоить подобная работа.

Хотя Елена в основном училась обращению с другим типом оружия, руки аж дрогнули от нетерпеливого желания взять эту роскошную вещь, проверить баланс, ощутить ее могущество, послушное воле хозяина. Женщина чуть прищурилась, заметив, что на клинке выгравирована какая-то надпись, необычно длинная. Прочитала: «Dw i'n yfed yn unig gwaed pur»

«Пью лишь чистую кровь». Но можно прочитать и как «лишь благородную».

Пока Елена старалась перевести вязь литир в осмысленный текст, она оторвалась от созерцания великолепного оружия и потому успела заметить, как на лице королевы промелькнуло еще одно странное выражение. Триумф, смешанный с катарсисом, будто Ее Высочество внезапно увидело решение сложной проблемы, решение простое и элегантное, наилучшее из всех возможных. Выражение мелькнуло, как метеор на темном небе, растворилось без следа, оставив лекарку в бесплодных гаданиях — что же такого увидела королева в бретерской сабле?

Раньян кинул косой взгляд на телохранителей и сложил руки за спиной, дескать, даже и не думал взяться за оружие в присутствии владетеля.

— Подарок доставят в дом, — сообщил король. — Полагаю, ты будешь носить мой дар.

— Безусловно. Со всем почтением и благодарностью.

— Это была награда. Что касается наказания… время покажет. Я еще не принял решения.

Раньян почтительно склонился.

— Я посмотрел на вас, и я доволен, — меланхолично сказал тетрарх, почесывая бородку. — Вы не развлекли меня, но и не утомили. Считайте, что сегодня вы добрые гости на празднике. Разрешаю удалиться.

На этот раз Елена внимательно следила за Раньяном и строго повторяла все его жесты — поклон, три шага назад, задом наперед, не поворачиваясь тылом к благородным особам, и так далее.

Дверь закрылась, без скрипа и стука. Король почесал нос и с тем же выражением тоскливой грусти на лице спросил, не меняя тон:

— Душа моя, зачем вы изволили притащить в наш дом своего рубаку?

— Потому, что он меня развлекает, — веер снова хлопал по руке, отбивая слова. — И потому, что я хочу посмотреть на дуэль настоящих бретеров. Молодость против зрелости. Светлое против темного.

— Вы кровожадны, — констатировал, как само собой разумеющееся, супруг.

— А вы снова хотите забрать мою игрушку? — королева недовольно сжала губы в нитку.

— Да. Мне эта дуэль неугодна, — тетрарх подумал несколько секунд и добавил. — Пока, во всяком случае.

— Вы заставляете меня скучать, — в голосе королевы прозвучала нотка искреннего гнева.

— Нет, я прошу лишь запастись терпением, — поправил тетрарх. — На некоторое время. Пока я не придумаю, как лучше использовать этого… Чуму. Душа моя, вы совершенны... почти. Все в вас прекрасно за исключением склонности ломать игрушки до того как они исчерпают полезность.

— Не можете решить, кому отдать его голову? — саркастически осведомилась королева.

— Справедливости ради, я пока не решил, стоит ли кому-либо отдавать его голову, — уточнил тетрарх. — Например, если судьба окажется неблагосклонной к Артиго… что маловероятно, но вдруг?.. Господь располагает, как известно.

Дворяне-телохранители дружно делали вид, что их здесь нет. Если бы Елена осталась в комнате и больше разбиралась в нравах высшей аристократии, она обязательно задумалась бы — какими средствами удалось добиться такой дисциплины? Но женщины здесь не было.