— Верно. Я была тем, кто решился собрать вместе кочевавший народ и построить на этих землях первый город. Надо сказать, получилось у меня хорошо.

Церцея закивала, и тогда следом за ней говорить продолжила сама Летисия:

— Вскоре после этого наше королевство начало разрастаться. Соседние народы сами присоединялись к нам, когда узнавали, что им управляете Вы.

— Да, примерно лет тридцать я только управлением и занималась. — Церцея отвела взгляд и недовольно поджала губы. Радость в ее глазах исчезла. — Если спросите мое мнение, работа такая себе. Мне не нравится нести ответственность за чужие жизни, это сразу вводит меня в уныние.

— Поэтому вы решили передать свою власть потомкам?

— Верно. — Церцея вновь улыбнулась. — Я отдалилась от дел и передала бразды правления первому в вашей истории королю. Тогда его звали Амелотом. После этого жизнь наладилась. Королевство росло, богатело, им управляли за меня, я лишь отдыхала и особо не контактировала с внешним миром.

— И что произошло?

Церцея устало покачала головой. Казалось, будто события тех дней для нее были также ярки, как и то, что случилось вчера.

— Сын Амелота, Федерий, предал меня. Ему не нравилось то, что народ даже после смены правителя больше почитал первоосновательницу. Он собрал армию и пошел на меня. В первый раз его войска разбежались в страхе, стоило мне прикрикнуть. Во второй раз он уже рискнул воспользоваться магией, а в третий раз призвал церковь, чтобы изгнать меня. Как вы понимаете, я была против. Да и мое терпение было не резиновым.

— И тогда вы наслали проклятие на свои земли?

Марс задумчиво сощурился. Теперь, когда Церцея разговаривала с ними, она казалась совершенно не такой, какой он себе ее представлял. Церцея из его воображения была властной и резкой волшебницей. Она не терпела оплошностей и покарала любого, кто шел против нее. В общих чертах ее даже можно было назвать идеальной.

— Да, — отвечала Церцея. — Я поставила условие, в случае выполнения которого проклятие сразу бы исчезло. По этому условию у них было два варианта. Первый: прямой наследник приходит ко мне и приносит свои официальные извинения. Второй: они пытаются как-то самостоятельно бороться с проклятием. Как вы знаете, выбрали они второй вариант.

— Кто догадался использовать призванных для обряда? — в разговор вмешался Гил. — Вы специально наслали именно такое проклятие?

Церцея недовольно нахмурилась, будто бы эти слова ее задели. Однако, смотря в глаза Гила, который еще недавно должен был стать жертвой, она не испытывала к нему неприязни.

— Я не говорила им о том, что проклятие можно временно отсрочить, если принести в жертву людей. Насколько мне известно, первых призванных вообще притащили сюда только ради того, чтобы они победили меня. Правда, потом выяснилось, что их можно использовать для обряда, и именно так стали поступать.

— Не могу в это поверить… — Летисия склонила голову и в ужасе опустила взгляд. Ей было даже тяжело представить, сколько людей было уничтожено из-за этой абсурдной ситуации. — Почему же вместо простых извинений они решили убивать людей?

Церцея задумчиво смотрела на новую наследницу королевской власти. Она понимала, насколько честной и порядочной была Летисия, поэтому она также осознавала то, что этой девушке было сложно принять такую правду.

— Они все слишком горды и трусливы, — отвечала волшебница. — К тому же, с каждым новым поколением, эта история обрастала новыми слухами, и я в глазах новых королей выглядела скорее как демон, чем как волшебница. Последний король, к примеру, боялся выйти дальше своих покоев. Конечно, он не стал бы спускаться сюда.

— А почему вы находитесь здесь? — спросил Марс. — Это место ведь связано с башней.

Церцея перевела взгляд на спросившего. На удивление Марс, даже несмотря на свои раны, держался хорошо. Он никак не показывал боли, хотя она явно была.

— А ты, — с улыбкой протянула волшебница, — попытайся узнать как связан лабиринт с богами. Тогда ты многое поймешь.

Марс удивленно замер. Такая странная подсказка подала ему сразу кучу идей и догадок.

— Могу ли, — заговорила Летисия, прижимая руки к груди и с надеждой щурясь, — я тогда принести извинения от имени королевской семьи? Теперь, когда Полидам мертв…

— Мне нужен именно король, — решительно перебила Церцея. — Коронуйте нового и приведите его сюда. После этого я все прощу. Но только после этого.

Марс вяло пожал плечами. Он понимал, что в действительности, ничего не останавливало Церцею от предложения Летисии, кроме ее собственных принципов.

«Она такая же принципиальная, как и все короли, которые пытались с ней бороться. — Марс тяжело вздохнул. — Кажется, все проблемы этого королевства с самого начала были связаны только с эгоизмом всех его жителей».