– Твой домовладелец может так поступить? Даже зная ситуацию? – потрясенно спросила я.

– О да. Он такой. Но это еще не самое худшее.

– Нет?

Он искоса взглянул на меня, словно решая, можно ли мне довериться.

– Джорджия хочет переехать в Ситку, – выдохнул он.

– Ситка… Аляска?

– Та самая. Если у меня не будет достаточно хороших условий проживания для Кэлли, когда она приедет ко мне, судья, который занимается нашими делами по опеке, вероятно, позволит Джорджии переехать туда. У нее есть тетя в Ситке и соответственно дополнительная помощь в воспитании Кэлли.

– Я так понимаю, ты туда не хочешь.

– Это последнее, чего я хочу. Ни солнца, ни пляжа. Более того, там нет никаких строительных работ. Не то что в Лос-Анджелесе. И мой отец находится здесь в доме престарелых. У него болезнь Альцгеймера, и он уже мало что помнит, но я не хочу его бросать.

– Но если Джорджия переедет на Аляску, ты тоже переедешь?

– Конечно. Ради Кэлли, – Кори печально улыбнулся. – Так что да, группа монстров не могла выбрать худшего дня для своего дурацкого ограбления. Либо я выбрал не тот банк.

На мгновение я замерла, обдумывая его историю и чувствуя, как она проникает мне в душу. Несколько часов назад я была в шикарном ресторане с друзьями, которых я едва терпела, – не считая Лайлы, – обсуждала свой второй дом в Санта-Монике и ела салат за 28 долларов. Кори тем временем спешил в банк, чтобы заплатить арендную плату, пока его не выселили из квартиры, беспокоясь о потере опеки над своим ребенком.

– Боже мой, – сказала я спустя мгновение. – Ты, должно быть, думаешь, что я монстр.

– Что? Почему? – он быстро поднял глаза.

– Наверное, ты думаешь, что я избалованная, эгоистичная стерва.

– Я не считаю тебя избалованной…

– Нет? – я обвила колени руками. Нелепый бриллиант поцарапал ладонь. Мне хотелось швырнуть его через всю комнату. – Я тут ною о своем суде…

– Эй, – мягко сказал он. – У всех есть проблемы, так ведь?

Я подняла на него глаза, и на несколько мгновений конференц-зал и другие заложники исчезли. Ни уродливое люминесцентное освещение, ни рана над глазом не могли испортить красоту Кори и нежность, с которой он смотрел на меня.

– Я бы хотела… – начала я, и мне пришлось сглотнуть, прежде чем продолжить. – Я бы хотела как-нибудь помочь тебе.

– Ты уже помогла, – он улыбнулся своей кривой, очаровательной улыбкой.

Боже, что это? Он был так близко, что я видела мелкие морщинки на его пухлых губах, и мне стало интересно, каково это – прикоснуться к этим губам, почувствовать, как они накрывают мои, и забыть об этой страшной, ужасной ситуации на несколько драгоценных мгновений…

Рой засопел во сне, и мы отпрянули друг от друга. Я оторвала взгляд от Кори и огляделась. Голова Роя склонилась к его груди, и он громко храпел. Остальные тоже спали или дремали, несмотря на постоянный яркий свет ламп.

– Думаю, мне тоже нужно немного поспать, – сказала я. – У меня глаза слипаются.

«Или я просто не могу воздерживаться от неуместных мыслей о тебе».

Мне нужно было поспать, чтобы спастись от Кори, от его беспощадного, манящего присутствия. Мне нужно было установить некую дистанцию между нами, а это единственный способ, которым я могла воспользоваться в этом банке. Я вспомнила, что Кэрол говорила о его ране. Будь у него сотрясение мозга, сон мог бы быть для него опасным.

– Тебе нужно какое-то время бодрствовать, – сказала я ему. – Приказ доктора Кэрол. Разбуди меня примерно через час, и мы поменяемся местами. Договорились?

– Я хорошо себя чувствую.

– И ты говоришь, что это я люблю спорить, – я фыркнула.

– Хорошо, – рассмеялся он. – Договорились, – он указал на свое плечо, приглашая положить голову, если я захочу. – Располагайся.

Я поколебалась. Вот только такой дистанции между нами мне сейчас и не хватает.

– Спасибо, – прошептала я и прижалась щекой к грубой джинсовой ткани его куртки. И несмотря на опасность, на пугающие обстоятельства, я заснула в считаные секунды.

Без часов, отсчитывающих минуты, или окна, показывающего, как ночь сменяется днем, время ползло медленно. Делать было совершенно нечего – оставалось лишь слушать.

Издалека доносился шум вертолета, кружащего над банком. Ближе были слышны приглушенные шаги монстров, марширующих по коридорам, их низкие голоса, порой крики и ругань. Постоянно звонил телефон. Рядом со мной – тихое похрапывание моих товарищей-заложников. И совсем близко – дыхание Алекс, похожее на тихие вздохи. Пока она лежит у меня на плече, я лучше послушаю, как она дышит, чем буду спать.