Согласен — слишком много "если". Но какие еще варианты? Спаринговать с этим ушастым, который от пуль уворачивается? Благодарствую, пробовал. Не понравилось!

Шли мы молча. Я первым, эльф в образе немолодого мужчины с лысиной и объемным пивным животом — вторым. Деньги поделили пополам — я и в рюкзаке не уволок бы весь груз. Как бы, не бумага.

По пути я старательно крутил головой, подставляя лицо под камеры, чтобы предполагаемому охотнику было проще меня вычислить. Впрочем, делал это все так, чтобы не вызвать подозрения надсмотрщика. Только естественные реакции — тут обернулся на громкий выхлоп какого-то древнего авто, там проследил взглядом летящую гарпию. Вроде бы, длинноухий ничего не заметил.

— Этот банк подойдет? — спросил эльф, указывая пальцем на филиал гоблинского финансового учреждения.

От набережной мы удалились самое большое на километр. И, судя по всему, мой сопровождающий не хотел слишком уж далеко уходить от базы.

Я кивнул.

— Вполне. На улице подождешь или со мной?

Без подвоха спросил, но он все равно не ответил. Молча прошел в дверь сразу за мной и остановился перед рамкой сканера. Скинул с плеча второй рюкзак с платиной и протянул его мне с таким видом, будто бы тот ничего не весил. А там ведь добрых сорок килограммов было!

Строго говоря, гоблинские обменники банками не были. Наше правительство, конечно, ратовало за интеграцию пришлых во все сферы деятельности страны, но некоторые аспекты этой самой интеграции притормаживало. Финансовая безопасность — доверяй, но денежки врозь и все такое.

Поэтому, формально, учреждения гоблинов относились к разряду микрофинансовых организаций. Что-то вроде популярных в двадцатых годах "быстроденег" и "скорозаймов", только с упором на обслуживание пришлых и работу с драгоценными металлами. Обмен, покупка, продажа и, если понадобиться, хранение крупных сумм. Мне, соответственно, нужна была именно последняя услуга.

— Дальше один. Я здесь жду. — сообщил мне эльф, не желавший проходить через сканер. Видимо, боялся, что тот будет достаточно мощным, чтобы снять его маскировку.

— Конечно. — вздохнул я. И потащил второй рюкзак по полу.

Гоблины, когда я откинул клапан первого вещмешка, сразу сделались очень услужливыми и расторопными. Подогнали тележку, помогли докатить сокровища до кабинета управляющего. Последний, улыбаясь во все свои пятьдесят шесть зубов, оговорил условия хранения, молниеносно открыл счет, и выдал мне на руки платиновую карту. Расплачиваться ею было нельзя, но зато можно было предъявить ее в любом гоблинском филиале, и получить хоть всю внесенную сумму разом, хоть нужную мне часть.

В общем, уже через тридцать минут я покинул это гостеприимное заведение и вышел к ждущему меня эльфу.

— Теперь ты доволен? Других отговорок не будет? — поинтересовался он.

— Это были не отговорки, а разумная предосторожность. — парировал я. — И да, больших гарантий я от тебя не потребую.

— Будто ты мог требовать. — длинноухий явно желал оставить за собой последнее слово.

Ну и пожалуйста! Мы люди не гордые, утремся. Главное, я сумел разбросать достаточно хлебных крошек, способных привести охотников к убежищу эльфа. Надеюсь, наши прошлые столкновения с продажными безопасниками заставили их относится ко мне серьезно, и они не будут пытаться захватить меня силами оперативников? Против пришлого, который пляшет под пулями, у них никаких шансов не будет.

Лодка, замаскированный причал, пять минут пешком — и мы снова в убежище эльфа. Маарет встретила нас без эмоций, а вот Дима, помня о роли, сразу же осведомился, все ли прошло гладко.

Вместо ответа, я продемонстрировал ему карту гоблинов.

— Ну, теперь и спать можно спокойно! — радостно потер руки товарищ.

Эльф тут же сообщил, что подъем и последующее выдвижение на объект планируется в пять утра. Явно, он сделал это специально, просто чтобы мы радость поумерили. Но наш разговор со Зверевым был не о том.

— Ага. — хмыкнул я. — Прямо, как в Люблине.

Семь лет назад, одно наше войсковое подразделение, которого на самом деле в Польше никогда не было, выводило беженцев из Люблина. В городе на тот момент уже вовсю резвились каратели, резавшие всех, кто попадался по руку, не разбирая, лоялистом он был или путчистом. Дело было несложное — сопроводить около трех сотен гражданских через границу, и довести их до лагеря временного размещения.

С задачей ребята справились на отлично — привели беженцев, не потеряв по дороге ни одного. Откуда же им было знать, что треть их была "зомби"? Ведь до той поры мы с такими диверсантами не сталкивались.

Ночью зомби активировались и вырезали весь лагерь. А так как военные охраняли их от нападения снаружи, а не изнутри, и их тоже, прицепом. Люблинская резня с тех пор упоминалась, как пример бдительности.

Дима код считал, и стал устраиваться на лежанке, демонстрируя готовность спать до самого подъема. Я последовал его примеру, надеясь, что вампирша, когда (и, если) придет пора действовать, сумеет правильно среагировать. Вообще, она себя показала девчонкой правильной, с верными инстинктами (кроме привычек в питании), и реакциями. Сообразит.