— Они знакомы! Являются друг другу кем-то вроде старых врагов, — пояснила я. — Ну, Артём Тимура так точно не жалует. Наверняка он решил, что мы уже встречаемся! Что мне пишет давний ухажёр или даже парень, а не незнакомый на тот момент человек из приложения. Никто не станет злиться на приложение для знакомств в телефоне одинокой девушки. А вот на то, что девушка, которой ты только что предложил встречаться, мутит с твоим заклятым врагом — этого ни один мужчина не стерпит. Я всё это время думала, что сосед как ненормальный отвернулся от меня из-за наличия приложения для знакомств в телефоне, но нет! Он увидел лицо своего недруга у меня в смартфоне…

— Ника, — строго буркнула Диана. — Напоминаю, что ты всё ещё встречаешься с Тимуром, чтобы сосед там ни увидел.

Однако я её уже не слушала, пулей бросившись в коридор и к входной двери.

— Ты куда? — окликнула меня напоследок подруга, но я даже не обернулась.

Выбежала в подъезд, забыв о растрёпанном пучке на голове и растянутой футболке в мелких дырочках от кошачьих когтей и в свежих серых пятнах краски. Мной целиком завладело желание поговорить с Артёмом, и я не видела никаких преград, чтобы этого не делать.

Зажала звонок до упора, пока дверь не отворилась, а за ней не показался сосед. Мужчина не успел и рта открыть, как я затараторила:

— Я не помнила всех подробностей новогодней ночи, порой всплывали какие-то жалкие обрывки, но этого было недостаточно. Однако я нутром чувствовала, что тогда произошло что-то очень важное. И вот я узнала… — мне не хотелось приплетать Диану и пришлось переобуваться на ходу: — Я вспомнила, что ты сказал мне перед тем, как уйти.

— Я понятия не имел, что ты ничего не помнишь, — спокойно, но заинтересованно проговорил Артём.

— А я понятия не имела, почему ты не объяснил мне всё по нормальному после Нового года! — прорычала я, сама не зная, чего пытаюсь добиться этим заявлением. Слова сами вылетали из горла, прежде чем мозг успевал их обработать.

— Какой в этом смысл? — с нотками грусти в голосе спросил сосед. — Ты с Тимуром.

— Тогда не была! — взмахнула руками. — Ты ведь в новогоднюю ночь решил, что мы пара? Так?

— Допустим.

— Так вот — ты идиот! — я начала срываться на крик. — В новогоднюю ночь мне в приложении для знакомств выпал профиль незнакомого парня, им и оказался Тимур! Да я встречаться с ним начала только потому, что ты от меня отвернулся…

И тут я замолкла, осознав, что только что ляпнула. А самое ужасное — это не был набор случайно брошенных слов, я правда так думала.

Артём вздохнул. Теперь помимо голоса и его лицо исказилось грустью, а затем он медленно и спокойно произнёс:

— В новогоднюю ночь я сказал тебе, что ты мне нравишься. Что с тобой я перестал тосковать по Ане. Что хочу, чтобы ты была рядом… как моя девушка. А потом вижу у тебя в телефоне… его, как он звонит тебе с подписью «Тигрёнок», что я должен был подумать? Что это незнакомец тебе трезвонит? Как-то не сходится.

— Я была пьяна и по глупости так его подписала, — заявила я, осознавая львиную долю собственной вины. — Наутро я даже не помнила о его существовании и думала только о теб…

Не успела я договорить, как Артём заткнул мне рот поцелуем, а затем замер в миллиметре от моего лица в ожидании ответной реакции, которая последовала чуть с опозданием. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы переварить случившееся, а когда осознание, наконец, пришло, я впилась в губы соседа. Последовала череда коротких, но жадных поцелуев. После каждого я, затаив дыхание, ожидала следующего. А примерно на пятом осторожном поцелуе, мы оба поняли, что никто никого не собирается прогонять, и пылко впились в губы друг друга, больше их не разнимая.

Меня ещё никто в жизни так не целовал. Мне хотелось ещё и ещё, в момент, когда я и так уже получила всё. Всё, чего, как оказалось, желала. Я осознала это в миг нашего единения, когда мои руки потянулись к затылку мужчины, в попытке стать ещё ближе к нему, как вдруг его пальцы обвили мои ладони, а губы медленно отстранились. Я чувствовала его сбившееся дыхание и слышала собственное сердцебиение, но головой уже понимала, что Артём ускользает… опять.

На его лице боль перемешалась с желанием, а голос еле заметно дрожал, когда он сказал то, от чего сердце беспомощно сжалось:

— Для нас уже поздно. Иди к Тимуру. Ты с ним, а я с Яной. Мы не вправе калечить других людей из-за собственных ошибок.

— Так это ошибка? — спросила я шёпотом, но стремясь кричать.

— Возможно.

Я всё ещё дышала ему в шею неровными потоками воздуха и слышала, как Артём сглотнул ком, образовавшийся в горле после только что сказанного. Он не хочет меня отпускать, я чувствую это. Он тянется ко мне душой не меньше, чем я к нему, но он прав. Мы оба должны нести ответственность за принятые нами неосторожные решения.